Третьим, на что Хилл обратил внимание, был огромный книжный шкаф. На две головы выше человеческого роста, глубокий и широкий. Как раз, чтобы залезть наверх и спокойно подумать, как же выбираться из западни.
Не тратя времени зря, Хилл запрыгнул на шкаф и почти вышел из Тени. От взглядов гномов его прикрывал лишь легкий полог — оказалось, что управляться с новой способностью на диво просто. И уже сверху Хилл принялся разглядывать кабинет главы банка. Шкафы, бумаги и прочее его не интересовало. Дверей, кроме входной, не было. Окно… окну он уделил самое пристальное внимание. Но тщетно: острые пульсирующие нити охранных рун выглядели много надежнее фигурной решетки.
Западня. Настоящая западня… ширхаб дернул ввязаться в это дело!
Едва поймав трусливую мыслишку за хвост, Хилл съежился.
Хорош брат! Ты-то сидишь на шкафу, и уж как-нибудь найдешь способ выбраться. Не сегодня так завтра. А Орис? Если бы пошел Орис? Все… дурной амулет выдал бы его, а сбежать от гномов он бы не смог. Лишь бы только он не поперся на помощь! И не выручит, и сам пропадет. Вот Еж порадуется… Еж?
Следующая ухваченная за хвост мысль показалась Хиллу очень интересной и многообещающей. Как это он упустил из внимания Седого Ежа? По плану тот должен был в суматохе явиться сюда и унести дракончика. Но вот он дракончик, а Седого Ежа ни слуху ни духу. И подозрительная проницательность клерка… наверняка Еж испортил личину! Был же странноватый запах, словно паленой шерсти. Ну, точно. Простой и ясный план, как убрать сына Мастера!
Дальнейшие мысли Хилл думал на орочьем языке, и были они так же кровожадны, как орочьи древние обычаи. И сводились по большей части к «убить и… убить!» От подсказок Тени: «съесть!» — Хилл отмахивался. Пока отмахивался.
Ответный план подсказал черный дракончик, пропитанный насквозь магией. Сам по себе сплошная магия. Очень общительная магия — дракончик чуть не промурлыкал:
«Тронешь меня, воришка, убью. Любого чужака, замыслившего дурное, убью».
«А Седого Ежа?»
«И Седого Ежа. И тебя. Всех вас убью. Давай, иди сюда. Дотронься!»
«А тут достанешь?»
«Поближе иди, поближе».
Чувствуя, что сходит с ума, Хилл разговаривал со статуэткой и ждал. Скоро банк закроется, тирис Милль пойдет домой. Значит, можно будет выйти с ним вместе. Только как бы еще прихватить каменную ящерицу?
Как назло, время под прикрытием Тени ползло невероятно медленно. Гном за столом едва шевелился, а упавший лист бумаги планировал на пол чуть не час. К тому же, Хилла одолевал голод — странный, очень странный голод. Его совершенно не привлекали мысли о еде, но сам гном казался таким теплым и вкусным…
Хилл перебрал все орочьи ругательства и начал вспоминать хмирские, когда случилось чудо. По магическим нитям в стенах пробежала дрожь, комната наполнилась басовой вибрацией. Тирис Милль вскочил — то есть очень медленно оторвал зад от стула и очень медленно заковылял к двери. Забыв на столе перчатки, такие же, как у охранников.
Дверь очень медленно раскрылась перед гномом, пропуская невнятный сумбур голосов…
Хилл уже не пытался понять, что там говорят охранники. Он чуял — шанс!
Серый мир остановился и ждал, пока Хилл спрыгивал, натягивал перчатки, срывал с себя камзол. Нарисованные коротышки не успели вздохнуть, как Хилл ухватил дракончика, завернул в плотную ткань и понесся вместе к выходу.
«Эй, ты кто?» — недоумевал дракончик.
«Хозяин», — отвечал Хилл.
«Неправда! Ты другой», — спорил дракончик.
«Тот, тот», — отбрехивался на ходу Хилл, удерживая статуэтку подальше от себя.
«А сними перчатки, проверим, тот или не тот?»
Хилл уже проскочил между замерших охранников, миновал послушно отворившуюся под перчаткой хозяина дверь, вторую дверь внизу лестницы…
«Скоро проверишь, кто тебе тот, а кто не тот», — пообещал дракончику, выскочив в публичный зал. И чуть не рассмеялся. Картина, представшая его глазам, заставила бы прослезиться от зависти лучших комиков Королевского Театра.
Словно стая чаек, в воздухе зависли белые листы вперемешку с цветными гербовыми бланками. Встрепанные, растерянные гномы и люди плавно взлетали и опускались в попытках их поймать. Под потолком клубился дым. А у самых дверей в служебные помещения Хилл обнаружил ряженого морячка — тот явно намеревался под шумок проникнуть в внутрь банка и поискать брата.
Не замедляя бега, Хилл дернул Ориса за руку — к себе, в Тень — и потащил прочь. Только удалившись от банка на полквартала и нырнув в чей-то сад, он остановился и отпустил растерянного брата.