Состроив отражению рожицу, Шу отвернулась к окну. Там, над Суардом, сияло солнце. Словно в насмешку — чтобы она лучше видела, на что похожа.
Не будем о грустном, — подумала она солнцу. — Будем о хорошем.
Шу представила брата в парадных одеждах, с перевязью и короной принца… Красавец! Умница! Дипломат! Он станет самым лучшим королем. А Зак — самым лучшим советником. Хоть и бывает занудой, но тоже умница. И дерется… ух, как дерется!
Шу ухмыльнулась, вспомнив их последнюю тренировку на шпагах в Сойке. И погрустнела — ведь это был их последний день в мире и покое. А тут — почти как на войне.
— На войне как на войне, — пропела она.
Балуста оторвалась от книги и вопросительно взглянула на нее.
— Как думаешь, Баль, если я надену это изумительное платье, кто-нибудь из гостей останется в живых? Или все лопнут со смеху? — Шу еще раз окинула ненавидящим взглядом нежнорозовую кисею в рюшах.
— Пусть только попробуют! — зло сверкнув глазами, ответила эльфийка. — Убью.
— Нет! Это я не надену! — топнула ногой Шу. — Хоть потоп, хоть пожар — но не этот позор.
— Пожар… — мурлыкнула Баль. — А это идея. Пожар в покоях Ее Высочества Ристаны.
— Пожар нам не поможет. Все равно придется идти на бал. Багдыр`ца!
— Придется, — кивнула подруга.
«Проклятье! — Шу сжала губы и выдвинула подбородок. — Какого ширхаба я должна терпеть и унижаться? Подумаешь, не умею танцевать. Научусь! И веер, и вилку выбирать — это не сложнее, чем три тысячи цуаньских завитушек. Еще не хватало страдать в угоду сестричке. Плевать, в каком гробу она меня видала…»
— Я иду на этот ширхабов бал! — Шу топнула. — Мне нужно платье, и у меня будет платье. Колдунья я или кто?
Шу словно выросла, вылетела из тела, потянулась по всему дворцу — искать, искать! Не платье, а того, кто это платье сделает…
Крохотный огонек засиял в восточном крыле, у лестницы…
— Балуста! — позвала Шу настороженно ожидающую подругу. — Беги скорее! Тащи её сюда!
Эльфийка кивнула и вылетела за дверь.
«Тебе, ненаглядная сестричка, ещё придется со мной считаться!»
* * *Послав верную подругу на охоту, Шу принялась в нетерпении мерить комнатку шагами, заглянула ещё раз в убожество, выдающее себя за ванную комнату — умывальная раковина из простой керамики, одинокий холодный кран и большая дубовая кадка с остывающей водой. В прошлый визит в столицу до такой изысканной гадости Её Великолепие ещё не додумалась. А может, времени не хватило канализацию испортить.
«Интересно, какие приятные сюрпризы ожидают меня завтра? А в покоях Кея? Боги, а если у Рональда хватило наглости подсунуть в его комнаты какую-нибудь магическую пакость? Так, чтобы эффект не явный и сразу, а постепенно и незаметно? И Кей или заболеет, или с ума начнет сходить, или ещё что?»
Мысли Шу становились всё тревожнее и побуждали скорее бежать к брату. Но тут, наконец, открылась дверь.
— Балуста! Милая, ты привела портниху? А она справится до завтра?
— Шу, не волнуйся. У Ристаны плохих портних не бывает.
Баль втолкнула в комнату нагруженную отрезами ткани и корзинкой со всякой швейной всячиной испуганную девушку. Спрятав обратно за пояс кожаных бридж охотничий нож, шиера Ахшеддин строго посмотрела на швею.
— Ты сделаешь принцессе платье до завтра?
— Принцессе? Но я и шла к принцессе! Она ждет! — в голосе портнихи отчетливо слышалась паника.
Ещё бы! Разбойного вида нечисть выскочила из-за статуи в коридоре, приставила к горлу нож и притащила в какую-то невнятную комнатку, где ещё эта девчонка! Боги, что за страх. Глаза горят, как у кошки, волосы всклокочены и полны синих искр, сплошные локти и коленки, и бегает по комнате, как ненормальная, и от неё прям мурашке по коже… И спрашивает про бальное платье для принцессы…
«Кажется, я схожу с ума», — подумала портниха и попыталась упасть в обморок.
— Эй, не падай!
Под носом вместо нюхательной соли оказался всё тот же нож. Она передумала падать.
— Это и есть принцесса. Её Высочество Шуалейда, она сегодня приехала.
— Баль, погоди, перестань пугать бедную женщину. — Девчонка встала напротив портнихи и несколько смущенно улыбнулась. — Меня зовут Шу. А тебя?
— Клайле, Ваше Высочество. — Она наконец разглядела в девчонке знакомые черты. — Что вам угодно?