– На этот час у меня не запланировано никакого мероприятия, – андроидх пристально смотрел в лицо первого офицера. – Просто ты хочешь, чтобы я оставил вас, верно?
– Да, Дейта, – резко отозвалась Трой. Андроид не тронулся с места.
– Я стану лучше разбираться во взаимоотношениях людей, если буду проводить больше времени, наблюдая за их поведением. Кажется, вы собираетесь поговорить о чем-то важном.
– Нам необходимо остаться наедине, – настаивал Райкер.
– Вот именно. Поэтому я хотел бы остаться. Вы уединяетесь для важных разговоров, поэтому я не могу изучить человеческие взаимоотношения.
– До свидания, Дейта, – сказал Райкер.
Андроид поднялся и неспешно вышел. Первый офицер отлично знал, что у Дейты хороший слух, поэтому подождал несколько минут, а потом сказал:
– Диана, если бы я не знал тебя очень хорошо, то мог бы подумать, что ты ревнуешь.
– Я не имею права ревновать.
– Да?
– Да. Мы расстались, так что теперь наши взаимоотношения достаточно ясны.
– Да, у тебя нет причин ревновать.
– Знаю, Уилл, – согласилась Диана и вздохнула. – Если честно, то я чувствую, что ты заинтересовался Рут, восхищен ее красотой, но ничего серьезного... Это пройдет. А с ее стороны...
– Ты хочешь сказать, что она в меня влюбилась? – Райкер был тщеславным, он приготовился выслушать признание, будто бедная девушка заинтересовалась им всерьез.
– Нет, не хочу, – уверенно ответила Диана. – Ты ей совершенно неинтересен. Она не обращает на тебя внимания.
Диана не могла сдержаться и улыбнулась, заметив, как вытянулось лицо первого офицера. Райкер был всерьез огорчен, он почти негодовал.
Женщина решила пощадить его самолюбие. Неожиданно Уиллу показалось, что Диана и сама встревожена.
– В сущности, ее вообще никто не интересует. Да и ничто, кроме музыки, – сказала советник Трой. – Она пуста, Уилл. В ней нет никаких чувств.
Глава 8
Мужчины и женщины столпились возле ворот грузового отсека. Перед ними открылся удивительный вид. Плавно вздымались холмы, окаймленные рядами деревьев лиственных пород. Легкий ветерок раскачивал ветки и шелестел зеленой листвой. У дальней стены отсека располагались деревянные строения. Создавалось впечатление, что холмы уходят далеко за горизонт, хотя на самом деле пастбище ограничивалось противоположной стеной грузовой палубы.
Леонард подошел к распахнутым воротам и втянул воздух. Веяло свежестью и жимолостью. Парень еще раз вдохнул знакомый аромат и заявил:
– Ранняя весна. Посевная.
Более осторожные фермеры внимательно наблюдали за Леонардом, но с ним ничего плохого не случилось. Переселенцы опасливо толпились за его спиной.
– За все годы, что мы провели на Грздике, никогда не видела столько зелени, – вздохнула Чарла. – Так похоже на Енаду.
Томас презрительно фыркнул и отвернулся.
– Дешевый трюк. Бутафория. Иллюзия, – он нервно теребил бороду.
– После стольких месяцев, проведенных в космосе, я готова согласиться и на иллюзию, – сказала Мрай. – Она не может быть хуже теперешней действительности.
Девушка решительно шагнула с жесткой металлической палубы на мягкую податливую землю, которая словно бы вздохнула под ее ногами. Следом за Мрай шагнул Леонард.
Свежий воздух и теплое солнце манили. Невозможно было долго сопротивляться соблазну. По одному, по двое фермеры перебирались на пастбище.
Вскоре Томас остался один.
– Позор, – выкрикнул он, – я говорил раньше и заявляю сейчас: я скорее отправлюсь в ад, чем переступлю порог этого ложного рая!
Люди удалялись, не обращая внимания на возмущение Томаса, а он кричал:
– Когда-нибудь вы поймете, что я хочу втолковать вам, и согласитесь со мной. А пока я вижу, что ваши принципы и убеждения оказались слишком хрупкими. Вы поддались соблазну.
– Идем, Томас, – пригласила его Майра. Старушка все еще топталась у самого входа на пастбище. – Ты можешь высказываться и здесь.
Томас не двигался. Он старался скрыть дрожь в руках и сжал кулаки.
– Мне и отсюда все хорошо видно, – прищурившись, он наблюдал, как его сестра и Леонард смеялись, гладили ладонями высокую траву.
– Мрай симпатичная девушка, – прокомментировала Майра и усмехнулась. – Она достаточно взрослая, чтобы рожать детей.
– Может быть, – отозвался Томас, – но о будущем отце ее детей я еще не все сказал.
Скрипнув зубами от злости, он шагнул вперед.
Как только Томас оказался на пастбище, ворота захлопнулись с тихим скрипом и исчезли. Иллюзия была абсолютной. Томас оказался посреди моря волнующейся зеленой травы. Над головой было ярко-синее небо. Горячее солнце припекало так, что пришлось расстегнуть верхние пуговицы рубашки и распахнуть воротник.
Младший Огив упал на колени, зачерпнул ладонями землю, стал разминать ее в пальцах. Старший Стивен сорвал травинку, принялся жевать стебелек.
– Для кукурузы земля не подойдет, но здесь можно посеять акр пшеницы.
– Здесь будет пастбище, а не пшеничное поле, – заметил Огив. – Чтобы превратить Новую Орегону в такой рай, потребуются десятки лет упорного труда.
Томас увидел Днниса и Уэсли. Мальчики шагали от деревянных строений, направляясь к взрослым.