- ...может лучше мы к тебе? ...Да, мы и девушку уговорим... Ладно, я перезвоню.
Он нажал отбой.
- Дед разволновался не на шутку. Алина, а вы не хотите слетать в Красноярский край? Билеты, понятно, за наш счёт. Уж больно дед хочет посмотреть на ту, что смогла прочитать хоть что-то из его книги. Ему уже девяносто лет, я боюсь его одного в самолёт пускать.
- Простите, но мне нужно подумать. А пока может перевернём следующую страницу?
Я просидела у них до вечера, диктовала, а Гера записывал всё на русском.
В вводной главе объяснялось, что «Дети Хорса» - общество борьбы с неким Гелалом, была поведана история пришествия Гелала и этапы «борьбы». А далее книга представляла из себя то ли ведьминский гримуар, то ли книгу магии. Я в этом уже не ориентировалась. Куча каких-то магических схем, рун и прочих антиматериалистических вещей. На двенадцатой странице я спеклась. Чем дальше, тем труднее было разбирать текст. Многие слова и понятия были мне недоступны. Читаю слово, а значение его не знаю. Заболела спина, да и грудь там, где шов. Пришлось извиниться и откланяться с обещанием «быть завтра с утра». Ну вот, запряглась. Еле дошла да машины.
- Гера, а как так вышло, что ты, типа немец, а выглядишь вождём краснокожих?
Гера засмеялся.
- Ну ты, Алина, не в бровь, а в глаз. У меня кличка в детстве была «Чероки». Прадеда моего, благодаря фамилии и внешне выглядящего «настоящим арийцем» сослали в Сибирь в начале войны, там он встретил красавицу-хакаску и внёс свой посильный вклад в победу над фашизмом, споганив чистоту арийской расы. Так что немецкого во мне осталось - только имя и фамилия. Герхард Фриз.
Я задумалась. Можно было бы посчитать эту книгу полнейшей липой, если бы не тот факт, что в ней значились наши имена. Ну ещё Фриз куда ни шло. Это их семейная реликвия. А вот Бергов как к этому берегу прибило?
- Гера, а как вы с Борей познакомились?
- Так в универе вместе учились. Сдружились, как носители инородных фамилий. - Гера улыбнулся. - Нас с ним перед девятым мая регулярно гнобили, в шутку, конечно. А мою кличку продлили до «Чероки Фриц».
Весь следующий день я провела у Фризов и дошла в книге до интересного момента, что в случае потери магических сил, «Дети Хорса» могут уйти за грань, но даже там древняя клятва будет держать их вместе. Значит, если тут и есть та самая «загрань», то где-то рядом бродят и остальные немцы. Я отсняла несколько следующих разворотов на планшет, чтобы посидеть над ними дома, клятвенно обещая Фризам вернуться.
В ту ночь мне приснился уже совсем другой тревожный сон. Я иду через лес по еле заметной тропинке и знаю, что сходить с неё ни в коем случае нельзя, и оглядываться нельзя, что тому Орфею, иначе - кирдык. Иду я, и даже сквозь сон ощущаю нехорошие мурашки на своём теле Вдруг лес обрывается, и я стою на освещённой луной поляне, в центре которой крупными камнями выложен круг. Мне туда. Как заворожённая, я вхожу в круг, стою и жду чего-то. Вдруг в центре на моих глазах материализуется высокий тощий мужик в длинном балахоне с капюшоном, и становится слышен скрипучий голос с горловым немецким «р»:
- Круйдрен, найди Рауша. Фриз поможет тебе.
И он начинает поднимать голову. Его лицо, до этого полностью скрытое капюшоном, медленно, как в фильме ужасов является мне. Болезненно-серое, худое. И вот я вижу глаза - белые, без намёка на зрачок, из которых идёт свет, который становится всё ярче, ярче...
Я вынырнула из этого кошмара так резко, что голову пронзило невыносимой болью, но накативший страх ощущался куда как бόльшее зло. Я встала и пошла на кухню, включая подряд все люстры и лампы. Но даже в полностью освещённой квартире мне не стало уютнее. Посмотрела на часы - три часа ночи. Звонить Варе рано, да и на работу ей утром. Попью чаю, ну или кофе. Включила кофеварку, а сама направилась в гостиную за ноутом, стараясь не глядеть по углам комнаты. Схватила его и решила отвлечься на какую-нибудь старую комедию. Они меня не раздражали и напоминали о родителях. Посмотрела минут сорок «Бриллиантовой руки» и поняла, что чувство, что должно случиться что-то плохое никуда не уходит. Может и правда съездить с Фризами в Красноярск, хоть какое-то время буду не одна. Приняв такое решение, я почему-то сразу успокоилась. Утром позвонила родителям Геры и согласилась.
И вот я сижу уже в микроавтобусе, который мчится по трассе где-то в Красноярском крае. Местность холмистая, и мы только и едем то вверх, то вниз, вокруг - хвойный лес, с редкими населёнными пунктами. Фризы переговаривались, подтрунивали друг над другом, полностью соответствуя моим понятиям о счастливой семье. Меня кольнула зависть, а чувство одиночества тут же придавило к спинке сиденья. Странно, но они словно почувствовали это и стали совать мне в руки бутерброды, наливать в стакан сока, вот только стало ещё хуже. Я вспомнила наши весёлые выезды на природу всем семейством Берг. Такое же ощущение. Тётка что-то тебе в рот суёт, отец по голове гладит, кто-то кофту на тебя надевает и тут же всех детей мажут от комаров. Не разреветься бы, а то не поймут. Девочке покушать дали, а она в ответ слёзы льёт. Я максимально сосредоточилась на жевании.