- Урих долго и тщательно скрывал старика Маркуса, - делился размышлениями Люций с Мартой, - не думаю, что на него мог донести кто-то из ваших соседей. Что они получат с этого? Нет им выгоды с этого. Твой отец был всеми уважаемым человеком, ваша гостиница лучшая в этом районе и все приезжие из провинций чиновники только в ней останавливались. От неё рос доход и у соседних продуктовых лавок и магазинов. Нет, люди не настолько глупы, чтобы действовать себе во вред. Только ваши конкуренты получат выгоду от вашего разорения, но я знаю тех людей. Ума провернуть такое дело у них не хватило бы. Да и не знал никто из них о провидце.
- Значит, - напряженно произнесла Марта, - ты считаешь, что кто-то из членов семьи донес, случайно узнав папин секрет? Но зачем?! Это ведь как рубить сук, на котором сидишь. Без дохода от гостиничного дела мы все с голоду умрем. Даже если захотим продать здание, его после такого за дорого никто не купит. В чем выгода предателю?
- Сколько в вашей семье человек, которые имели дела с гостиницей? - поинтерисовался Люций.
Марта, загибая пальцы, стала перечислять.
- Я, брат, мачеха, дядя Патрик с женой и сыном, дядя Морис, тетя Урсула с дочерью – всего девять человек. Это самые близкие родственники. Папа с ними вел семейное дело, и все работали здесь. А после ареста папы они в страхе разбежались. Наверно, даже родовое имя сменили, чтобы их не причислили к семье врага империи. Только мачеха рядом с нами и осталась. Совсем от нее такого не ожидала. Думала она первой сбежит…
Входная дверь скрипнула, и в обеденный зал забежал мальчик. Очень похожий на Марту ребенок. Я не умею точно определять возраст людей, но мне показалось, что ему не больше семи лет. Его сестре я давала лет пятнадцать, но я могла и ошибаться. Возможно она старше на год или два.
- Люций! Ты, наконец, пришел! – заорал мальчишка, и тут же разразившись слезами, кинулся на шею к мужчине. – Папу казнили! Тебя не было, и я не знал где тебя искать, чтобы рассказать, что его арестовали. Письмо, что я тебе писал, кто-то украл! Прямо с моего стола. Представляешь?! Я плохой агент Тени, не справился со своей задачей! И никто из друзей мне не верит, что я состою в тайной организации «Новой Империи». Здорово ты сегодня Омана уложил!
- Полегче Седрик, - грустно улыбнулся Люций, - а то меня задушишь.
Мальчик отстранился и вытер слезы рукавом заштопанной рубашки. Тут он заметил меня.
- А это еще кто?! Эльф! – изумился он, но потом его глаза подозрительно сузились, и в них мелькнуло узнавание. - Постойте! А я уже видел ее раньше. Да! Точно! Когда папу казнили. На площади в тот день. Она стояла и смеялась, когда все вокруг плакали! – Ребенок сильно побледнел и испуганно посмотрел на Люция, указывая при этом на меня пальцем. – Это шпионка императора! Они все его рабы, а значит - шпионы!
Люций опять обнял мальчика и стал его успокаивать и убеждать, что тот ошибается. Посадил его к себе на колени, и они оба смотрели на меня. Ребенок с опаской, а мужчина взглядом собственника.
- Это моя женщина, - объяснял мальчику Люций, - она никак не может быть шпионкой императора. Эльфы очень похожи между собой, и ты просто попутал ее с другой девушкой. С той, которая по понятным причинам ненавидит людей и желает всем смерти.
- Но она та самая! - упрямился Седрик. - Она злая и не хорошая. Я увидел ее и запомнил именно поэтому. И одежда на ней та же!
- Все эльфийские рабыни, если они в услужении у влиятельных господ, носят одинаковую униформу, - сдержанным тоном пояснила я ребенку. Подтверждать Люцию, что этот наблюдательный мальчуган меня, и правда узнал, я не собиралась. А так же объяснять, кто я на самом деле.
Пока всё это происходило, я заметила что, по лестнице, ведущей на верхние этажи гостиницы, медленно спускалась женщина. Придерживая одной рукой длинный шлейф платья, а второй легко касаясь перил. Точно, как одна из жен императора, держала себя при этом величественно и гордо. Прислушиваясь к разговорам, она неожиданно замерла, услышав слова Люция, о том, что я его женщина.