- Ты купил себе эльфийскую рабыню, Люций? – требовательно вопросила она, и все повернулись в её сторону.
- Мама! – радостно заулыбался мальчик, спрыгнул с колен мужчины. При появлении этой женщины настроение у всех присутсвующих резко поменялось. Ребенок стал счастливым. Побежал к ней навстречу и обнял. На что она только холодно улыбнулась и отстранила его от себя со словами, что он испачкает ей платье. Девушка досадливо кусала губы. Люций раздраженно отвернулся от нее. И выразительно посмотрел на меня.
- Не рабыню, а жену, - ответил он ей. Потом он встал, подошел ко мне.Взял меня за руку и с легким пафосом объявил: - Вы первые люди которых я встретил, когда приехал в Аскан. Первые кто приютили меня и оказали посильную помощь. И поэтому вы первыми узнаете, что, я наконец, встретил свою судьбу в лице этой прекрасной эльфийской девушки. Позвольте официально представить вам мою будущую супругу, Лилию, - и он галантно наклонился ко мне и поцеловал кончики моих пальцев. Совсем не подумал о том, что я могла быть не согласна и на свою жизнь у меня имелись другие планы. Но вслух я эти мысли не озвучила. Молча улыбалась и счастливо смотрела на него. Я уже приняла решение. До конца этого дня я позволила себе настолько обмануться. Разрешила себе насладиться странным состоянием душевного тепла, которое я ощущала среди этих людей.
Марта на слова Люция радостно захлопала в ладоши. Седрик вернулся к нам и стал внимательно разглядывать, явно стараясь убедить себя, что обознался. Мачеха же этих детей медленно приблизилась к нашему столу. Окинула меня полным холодного равнодушия взглядом. Без смущения сказала: - Эльфийские рабыни дорого стоят. Иметь в наложницах эльфа сейцас модно и престижно среди мужчин. Рабы повышают социальный статус семей. Против неё я не буду возражать. Но ты подумай о более важных вещах, Люций. У тебя сейчас нет постоянного дома, нет семьи. Живешь одним днем, точно авантюрист. А здесь, - женщина обвела рукой помещение, - есть всё. Женись на мне и ты получишь это и сразу. Ведь ты так любишь этих детей. Возглавь нашу семью и наше дело. Объеденившись мы востановим репутацию гостиницы и она снова начнет приносить приличный доход.
Глаза мужчины, назвавшего себя моим будущим супругом, неодобрительно сузились.
- Я уже неоднократно отвечал тебе, Лукреция, что между нами ничего не может быть. Ты принадлежишь человеку которого я безмерно уважаю и ценю. Я не способен желать чужое.
- Но я уже вдова! – возмутилась его ответом женщина, - я теперь свободная женщина и ты можешь жениться на мне. Почему ты настолько упрям и не видишь очевидной выгоды для себя? Дети! – ее взгляд обратился за помощью к падчерице и пасынку, - вы ведь хотели бы иметь Люция в качестве отчима?
Сестра и брат растерянно переглянулись, а мачеха, воодушевившись их молчанием, продолжила убеждать. - Он столько для вас сделал! Возился с вами больше чем родной отец. Придумал для вас игру в шпионов…
- Это не игра! – возбужденно выкрикнул Седрик. - Мы, правда, шпионы Тени! И тайные участники организации «Новая империя»
- Благодаря твоему хвастовству уже не тайные! – шикнула на него старшая сестра, - я язык за зубами держать не умею, а ты так вообще хвастун. Всем друзьям об этом похвастался. Развалится из-за нас организация. И Тень нас выгонит. Зачем ему такие языкатые, как мы?!
Мачеха снисходительно улыбнулась. А Люций с веселым добродушием наблюдал за лицами детей. Смотря на них сверху вниз, а не на женщину. Тем не менее, обращаясь именно к ней, шутливым тоном произнес.
- К сожалению, Лукреция, ты не сможешь влиться в наши ряды сторонников нового порядка. Ты не прошла проверку на искренность. Шпионом Тени тебе никогда не стать, - его смеющиеся глаза обратились на меня, - а вот Лилия очень подходит на роль тайного шпиона, даже самой близкой помощницы главного агента. Дети! – объявил он, - в нашей организации пополнение. Лили официально признана не только моей женой, но и третьим по счету шпионом. Возьмите с нее клятву верности нашему императору, а я не надолго отойду и переговорю с вашей мачехой.
И Люций с застывшей на губах улыбкой, схватил женщину за локоть и потянул за собой к выходу. Впрочем, она и не сопротивлялась.
Седрик сразу вскочил и ненадолго убежал. Наверное, в свою комнату бегал, так как он вернулся с листом бумаги и чернильницей. Марта убрала опустевшую посуду, а её брат разложил передо мной на столешнице письменные принадлежности.