- Монстр? – Итан выдаёт мою догадку быстрее, чем я.
- Угу. Помните тот случай с сумкой, когда Мэри перевели в палату. Её рисунки и … В общем. она… мне кажется, она могла быть кандидатом номер один после Рози для извлечения чудовища.
- Дерьмо … - только и выдаёт Айди .
После этого мы успеваем задать парню ещё пару вопросов перед тем, как он уйдёт.
Мы спрашиваем, удавалось ли им обследовать ферму, на что Айди отвечает, что - да, и что она со всех сторон окружено забором. Можно было бы сделать подкоп, но медсёстры осматривают периметр со всех сторон. И ещё… им кажется, что с той стороны забора есть солдаты – те самые, что привели нас сюда. И если отсюда и есть выход, то только один –главные ворота.
Выходит, что мы будто попали в мини-поселение. Где есть свои теплицы, сараи для хранения продуктов и да, животные здесь тоже есть. Айди сказал, что даже видел рядом с загонами пару мужчин. А значит, на ферме не только одни медсёстры. Но весь этот персонал живёт в другом здании. А в главном -там лишь палаты детей и создано нечто вроде административного корпуса, где сейчас находятся Рози и Мэри.
Мы пока не знаем, связано ли то, что детей не выпустили с девочкой, но … если завтра её вернут в палату, то Айди поможет нам проникнуть в здание через душевую. На этом мы и прощаемся.
Ложимся с ребятами спать, но сон не идёт. На душе тревожно. Я ворочаюсь. Меня одолевает то ли видение, то ли полудрёма. В ней я вновь вижу горящее здание и Алана. Бегу за другом и опять слышу этот скрипящий звук колёс, который кажется мне настолько реальным, что я просыпаюсь. И понимаю, что слышу его на самом деле.
- Ребята. Ребят, сюда кто-то едет! – бужу я остальных.
Промелькнувший свет от фар подтверждает мои слова.
Мы подрываемся с кроватей. Не переодеваясь, выбегаем из нашего сарайчика.
Чёрная машина останавливается прямо перед главным зданием. Не знаю, кого мы там ожидали увидеть. Быть может, проверяющих… но человек, который вылез из машины, был нам знаком.
- Пастор Антоний?! – его грузная фигура выпрямилась, закрывая дверь машины.
- Айзек не говорил, что он проводит дни молитвы… - так же удивляется Джордж.
- Если бы проводил, приехал бы намного раньше. Да и по каким причинам его среди ночи-то сорвать? – Итан опять включает своё привычное ворчание, а я пожимаю плечами.
- Смерть? – вдруг вырывается спонтанный вопрос у Медди.
- Господи, Мэри! – как вспышка мелькает в моём мозгу - и я бегу к Антонию, оббегаю его и торможу прямо перед ним.
- Иввета? – он до сих пор помнит моё имя?
Но его взгляд выражает не удивление, а озабоченность, которая скорее всего почудилась мне в этой темноте. Ведь пастор быстро меня обходит, чтобы подняться вверх по ступенькам.
- Вы к Мэри? С ней что-то случилось? – времени на приветствие у меня нет, я сыплю вопросами и цепляюсь за подол пастора. Это ненадолго притормаживает его. Как и то, что его окружают мои подбежавшие друзья.
Наверное, он бы нам ответил, но в это время медсестра открывает дверь и кричит:
- Быстрее!
- Уже! – и пастор вырывает свой подол у меня из рук, отталкивает друзей, которые и так расступаются. Судя по мертвенно-бледному лицу медсестры - дело срочное. Пастор преодолевает ступеньки в один миг, ступая на порог.
- А ты-то куда? – раздражённо говорит медсестра, когда я пытаюсь пропихнуться вслед за пастором в открывшуюся дверь.
- Я с ним! - говорю я.
- Тебе нельзя.
- Антоний, прошу! - кричу я уходящему пастору. - Это моя подруга. Пожалуйста. Только я. Прошу.
На миг в глазах Антония появляется сомнения. Но только на миг.
- Я, итак, слишком много для тебя сделал, - говорит он и дверь захлопывается, оставляя нас в неведенье.
Что это значит?
- Пустите! Пустите! – стучу я, хотя и понимаю, что это бесполезно.
- Если мы навалимся, то быть может сможем её вышибить… - предлагает подоспевший Джордж.
- Не надо! Кто знает, что нам после этого вколят, - отговаривает его Медди. – Ив, идём.