- Бежим!
- Что? Куда А как же остальные? – оборачиваюсь я на спящих ребят. Но позади их уже нет: ни Джорджа, ни Медди, ни Итана, ни даже сдвинутых вместе кроватей, на которых мы спали. И больше – вся комната куда-то исчезла, сменившись чёрной манящей уйти внутрь пустотой, из которой начали выступать силуэты в белых халатах.
- Бежим! – повторил Алан в тот момент, когда потолок над нашими головами начал рушиться. Полетели камни – и я вновь почувствовала запах серы и дыма.
- Бежим! - но я продолжала стоять, не в силах сдвинуться с места. Тени наступали. И я завороженно следила за тем, как они плывут по земле, как дымка утреннего тумана.
- Бежим! – Алан предпринял ещё одну попытку – и тогда, очнувшись, я бросилась вслед за ним.
Но далеко убежать мне не удалось – что-то потянуло меня назад. Это прозрачная тень ухватилась за край моей одежды.
- Отпусти! – резко дёрнула я кофту на себя. - Алан! Алан, помоги!
Я услышала визг колёс. Алан посмотрел куда-то в даль, а потом вновь на меня. Меня схватили, пытаясь оттянуть, но я продолжала свободной рукой держаться за кисть друга. Ему нужно было только потянуть меня сильнее, не давая утащить … Почему он ничего не делает?
- Алан, прошу!
Но друг лишь грустно улыбнулся, а потом отпустил меня.
-Алан! Алан, нет! – попыталась я ухватить за ускользающие пальцы, но он лишь покачал головой, кусая губы.
- Алан! Алан! – заметалась я, пытаясь вырваться из охвативших меня прозрачных рук. Мне казалось, что я начала тонуть в холодной воде, сквозь мутный лёд смотря на побледневшее лицо друга. – Алан! – вновь я прокричала его имя и проснулась.
Я не сразу понимаю, что это был всего лишь кошмар. Хочу вскочить с кровати, но не могу пошевелить пальцами и даже закричать в ужасе, потому что моё тело меня не слушается. Мне требуется несколько минут, чтобы прийти в себя – всё хорошо, насколько можно назвать хорошим, то, что я вновь нахожусь в той комнате, куда нас вчера привезли. Я слышу ровное дыхание друзей, и я стараюсь на нём сосредоточиться. Меня успокаивают равномерные вдохи и выдохи. И я медленно вытягиваю руку вверх.
«Всё в порядке, Ив, всё в порядке», - сжимаю я пальцы. А потом аккуратно выскальзываю из кровати, стараясь не задеть ноги друзей, и делаю несколько шагов вперёд-назад по комнате.
Мне приснилась лечебница. Это был момент взрыва. И Алана больше нет. Остались лишь мои слёзы. Я вновь думаю о том, что это я виновата в его смерти. Если бы не я, он был бы уже дома. Если бы не я…
Глядя на спящих друзей, я вновь не понимаю, почему вчера они не ударили меня и даже не накричали. Ведь было бы так просто обвинить меня во всех бедах и знать, что кто-то ответственен за то, что со всеми ними случилось. Я присела на край кровати. Моя вина. Спящие, мои друзья выглядели так спокойно. Нам повезло, что мы остались живы. Но как тяжело им будет проснуться и осознать, что всё начинается вновь. Быть может, легче было умереть?
Я смотрю в окно, видя, как верхушки деревьев озаряются лучами солнца. Светает. В лечебнице мы были лишены этого света, поэтому прыгающие солнечные зайчики будят ребят быстрее, чем вошедшая медсестра.
- Вставайте! Завтрак через пять минут! – громко оповещает она.
- Покажите, где туалет? – первой реагирует Медди, вставая и на ходу пытаясь пригладить волосы.
Туалетом это было сложно назвать. Может, с виду он и был похож на биотуалет, вроде тех, что ставят в парках по праздникам, только внутри это была дырка в дощатой полу прямо над выгребной ямой. Меня едва не вывернуло, когда я подумала о том, как здесь будет пахнуть, когда она заполнится.
- Я хотела бы помыться, где здесь душ? – продолжала допрос близняшка, а я уступила место в туалете Итану.
- Вон там! – указала женщина на два смежных домика.
- Там есть полотенца? Нам не мешало бы отмыться.
- На это нет времени. И вы всё равно сейчас запачкаетесь, - бросила женщина. – Идите есть и выдвигаемся.
- Она это серьёзно? – шепнула мне Медди.
Я пожала плечами. Но, хоть утренний душ пришлось заменить полосканием в раковине и чисткой зубов, нас хотя бы ждала еда. Медсестра не обманула - каша выглядела ровно также, как и в лечебнице. И на вкус ничем не отличалась. Значит, кухонные работницы выжили. И их перевезли сюда. И, наверное, они готовили тоже самое детям, что находились в большом здании.