- После туалета я думал, что нам вывалят еду в корытах, - ухмыльнулся Итан, плюхаясь на табурет.
- Как думаете, куда нас поведут? – спросила я, взяв хлеб.
- Наверное, мыть туалеты, - фыркнула Медди. - Даже помыться не дали.
- Меньше разговоров! – прикрикнула на нас женщина. – Пошевеливайтесь! Вас ждёт много работы.
- Концлагерь какой-то! – буркнул Итан – и каждый уткнулся в свою тарелку.
После завтрака мы вновь оказались на улице. Но вопреки ожиданиям, нас не повели в большое здание. Мы прошли мимо него, минули ещё несколько деревянный построек и вышли в поле, плетясь позади женщины.
- Странно… земля перекопана. Как думаете, почему? - Медди указала на глубокие короткие борозды по левой стороне дороги.
- Может, это могилы? – Итан пытался пошутить, но от его слов мы только вздрогнули, переглянувшись с близняшкой. Ведь было бы очень удобно хоронить. здесь трупы после экспериментов так, чтобы никто их в жизни не нашёл.
- Брось, Итан. Это просто перекопка. Так делают, когда снимают урожай, - сказал Джордж. – Ну, так было, когда я жил на … своей ферме.
Неужели, здесь, и правда, что-то выращивают? Скоро моему вопросу и словам Джорджа находится подтверждение. Нас приводят к огромному парнику. Металлический каркас накрыт пластиковыми панелями, сквозь которые можно увидеть какие-то зелёные кусты.
Мы входим внутрь. Теперь я вижу, что это кусты маленьких помидор, ровными рядами протянувшиеся на несколько метров вперёд. На ближайших к нам ветках плодов уже нет – видимо, кто-то собрал их раньше. Возможно, наёмные работники, а теперь этими работниками должны были стать мы.
- Разбирайте! - медсестра указала нам в сторону наваленных у входа ящиков. - Собирайте только спелые, - предупредила она. – Как только ящик будет полон, несите его сюда и берите следующий.
- Отлично, всегда мечтал стать рабсилой, - вздохнул Итан, взяв ближайший ящик и направляясь к кустам.
Женщина заняла место у входа, усевшись на стул. Наверное, ферма действительно хорошо охранялась, раз следить за нами оставили медсестру, а не целый взвод. И это сдерживало нас от того, чтобы стремглав не кинуться к противоположному входу теплицы.
- Как думаете, что будет, если запустить ей этим помидором в нос? - сказал Итан, срывая самый большой плод.
Здесь, в отдалении, мы могли говорить безопасно. И теперь Медди поняла, почему нам не разрешили помыться – никто даже не озаботился тем, чтобы выдать нам одежду. Красные томаты висели до самой земли и, чтобы их собрать, необходимо было подлазить под самый низ. Поэтому совсем скоро коленки на моих джинсах потемнели.
- Никогда не думала, что буду работать на ферме. Бедные ноготки, - близняшка со вздохом посмотрела на кромку ногтей, окрасившуюся в зелёный. – Не говоря уже о том, что моя спина сейчас просто развалится.
Моя поясница тоже разболелась от частых нагибаний, и только здоровяк Дожордж чувствовал себя здесь, как в своей стихии, обгоняя нас на несколько кустов вперёд.
- Джордж, ты так не торопись. А то с твоей ударной скоростью нас уже задолбали подгонять, - в конце концов не выдержал Итан. Ведь стоило лишь кому-то из нас разогнуться, чтобы размять спину, как ту же слышался визгливый голос медсестры.
- И зачем только здесь целая теплица? – вздохнула я, кидая следующую помидорку в ящик.
- Чтобы нас кормить. По-любому, где-то здесь есть пастбище для коз. Сарайчик для кур. Ангар для круп. Судя по тому, как долго нас везли, мы находимся в самой жопе мира, куда продукты не доставляются. А если и доставляются, то вряд ли кто-то будет заказывать сюда пиццу, просто потому, что лишние люди могут пронюхать, что тут что-то не так. А раз такие дела, надо вырастить еду. Мы должны что-то есть, - предположил Джордж.
- Не только мы, ещё и они, - кивнул Итан в сторону надсмотрщицы. – Я думаю, персонал теперь здесь тоже живёт постоянно. Ты прав, никто не въезжает - и не въезжает. Так ведь должно выглядеть идеальное место для опытов?
- Мы узнаем это лучше, только когда будет возможность обследовать территорию, - добавила я. – Но, если мы будет продолжать в том же духе, вряд ли у нас хватит сил, чтобы уйти куда-то дальше кровати…