Я кивнула, приготовившись увидеть кучу клякс. Мисс Гейли часто просила меня их рассматривать, спрашивая, на что они похожи. Зачем это было необходимо, я не понимала. На листках были нарисованы кляксы, похожие на… кляксы. Много разных. Разноцветных и чёрно–белых. Но это была игра. И я знала, что от меня хотят услышать. Вместо «пятно–пятно–пятно» я произвольно называла растения и людей. Так было безопасно.
Но Гертруда дала мне не их. Вместо этих пятнистых листков она протянула мне рисунки с животными. Задание для трёхлеток, которое я принялась рассматривать, нахмурив лоб.
– Крокодил, заяц, лев… – послушно называла я. – А это...
Я ещё раз взяла листок в руки. По тому, что я остановилась на этом рисунке дольше, чем на других, психолог поняла, что что–то не так.
– Ты можешь сказать, кто это? – спросила она.
– Да, – ответила я, поднимая глаза.
Я чувствовала, что не стоит говорить правду, но не смогла промолчать.
Глава 2. Лечебница имени Квин
Когда меня выпустят, я точно буду психом. Верно вам говорю. Чудачка… Пришибленная... Не от мира сего... Хотя, в школе у меня и без того много прозвищ. Так что «псих» будет далеко не самым плохим. К основному – Жирафа – приклеится ещё одно... Я вздохнула, опустив взгляд на свои длинные худые ноги.
– Пейн, ты тоже не веришь, что это просто санаторий?
Место, где меня проверят, а после отпустят домой – так сказала миссис Айлидж, а после и мама. Отвечая на вопрос «Когда наступит это после?», мама замялась, сглотнула, а потом ответила слишком быстро и неопределённо: «Неделя–две. Но я ведь буду навещать тебя. Звонить каждый божий день».
Мне хотелось ей верить. Правда. И моя надежда ожила, когда мы приехали в это место. Лечебница имени Квин. Это ведь только звучит страшно, Ив, на самом деле это славное место, где ты сможешь отдохнуть и восстановиться. «Там тебе помогут», – вспомнила я слова Гертруды.
Наша машина остановилась перед огромными воротами. Не знаю, кто и как смог разглядеть нас через высоченный забор с острыми пиками наверху, но въезд открылся, стоило маме просигналить. Дальше нужно было идти пешком. Она взяла мои вещи из багажника, а я – мистера Пейна.
– Боже, давно пора выкинуть эту игрушку! – в сердцах бросила мама, хватая меня за руку. Я тотчас же выдернула её, прижав кота к груди. – Прости. Прости… – сразу же извинилась она, запуская руки в волосы. – Я только надеюсь, что его позволят пронести. Ведь ты уже такая большая...
Мне показалось, что мама украдкой смахнула слезу. А я лишь крепче обняла моего милого Пейна. Только с ним. В этом незнакомом месте я выживу только благодаря ему. Я не расставалась с моим котом, сколько себя помню. Даже ночью спала, уткнувшись носом в его мягкую шерсть. Он – мой лучший друг, который всегда знает, что сказать. Только вот сейчас мой бархатный кот молчал, щурясь чёрными бусинками глаз. Наверное, его тоже поразило это место. Такое… удивительно дружелюбное.
Мы шли по земляной тропинке к центральному зданию, и я отмечала ухоженный, травинка к травинке, газон, подстриженные деревья, будто только вчера выкрашенные скамейки. Быть может, моё волнение напрасно?
Я не осмелилась задать этот вопрос маме, но, судя по её облегчённому взгляду и приподнятым уголкам губ, она, скорее всего, думала о том же.
Лечебница была такой огромной, что, когда мы подошли, мне пришлось задрать голову, чтобы рассмотреть шпили крыши. А ещё чересчур белоснежной, словно здание драили с утра до ночи, что ещё сильнее подчёркивают чёрные пустоты окон. Охлаждая моё любопытство, мама дёрнула меня за рукав, и мы поднялись по бетонным ступеням, входя внутрь.
– Добрый день! – услышав стук входной двери, женщина за стойкой подняла голову и улыбнулась. – Миссис Джонфинд?
Мама согласно кивнула, огляделась по сторонам и наконец–то поставила багаж возле стенки. К ней вновь вернулась неуверенность, стоило ей подойти к администратору.
– Рады вас видеть! – приветливо произнесла женщина, указав мне на скамейку, – Иветта, посиди немного здесь, пока твоя мама заполнит документы.
Я послушно присела, наблюдая, как администратор в белом халате с нацепленным бейджиком «М.С. Бейвуд» достаёт бумаги и передаёт их маме.
– Стандартная процедура, – произнесла женщина. – Нужна ваша подпись здесь и вот здесь, – её длинный ноготь ткнул в нужных местах. – Мы рады, что будем осуществлять уход за вашей девочкой. Вам не о чем волноваться. Обычно после терапии дети возвращаются к своим родителям уже спустя пару–тройку месяцев… Вы планировали оставлять дочери мобильный телефон?