Но мисс Штейн окликает меня, и приходиться идти вслед за ней. Петляя в одинаковых бело-серых коридорах, я удивляюсь двум вещам: почему мы до сих пор не встретили ни одного пациента, и как мой багаж ещё не переломил эту девушку пополам. Мы поднимаемся по лестнице, пока не попадаем на третий этаж. Тут и там по коридору расположено множество дверей. Девушка останавливается возле одной из них. Я готовлюсь увидеть других детей, но, когда она открывает дверь, с удивлением вижу в комнате лишь одну кровать. Я что, буду здесь одна? В непонимании смотрю на мисс Штейн, но ошибки нет: она ставит мой чемодан и включает свет.
Пока девушка рассказывает об этом месте, я рассматриваю деревянный пол, пружинистую кровать и зеркало над мойкой. Почти как в школьном лагере, где я пробыла всего неделю. Может, и здесь будет также? Мама не выдержит и примчится, чтобы забрать меня.
– Полотенца и чистое белье на первой полке. Одежду мы стираем раз в неделю. Корзину для неё найдёшь в шкафу. Столовая на первом этаже. Можешь не волноваться, ты узнаешь, когда придёт время завтрака. О процедурах тебя тоже оповестят заранее, гхм…
Не знаю уж, что представляют из себя эти процедуры, но мне уже не по себе. В обещания «как будто комарик укусит» я не верю с первого класса.
– Мисс Штейн, а где другие дети? – решаюсь я наконец–то, отрывая взгляд от наглухо зашторенных окон.
– Уже время отбоя, но не волнуйся, завтра вы увидитесь в столовой и общей комнате, – поспешно отвечает она, дотрагиваясь до покрасневших ушей.
Я помню, что мы приехали с мамой в шесть и просидели в приёмной не более получаса. Неужели здесь так рано ложатся спать?
– У нас также существуют определенные правила. Ознакомься с ними, – девушка кивает на прикреплённый к стене лист. – Дежурные медсестры, конечно, следят за порядком, но будет лучше, если ты сама будешь их придерживаться. Ради твоей же безопасности, – тихо добавляет она.
– Я буду внимательна, – надеюсь, эти правила не говорят о том, что во время пребывания некоторые дети съезжают с катушек и стоит держаться от них подальше?
– Если тебе что–то понадобится, можешь обратиться к любой из медсестёр, – прерывает мисс Штейн мои мысли. – Хочешь в туалет?
Я отрицательно мотаю головой.
– Он чуть дальше по коридору. Там же душевые. Сейчас я тебя оставлю, разложи вещи и укладывайся, – говорит девушка и уходит, не давая мне возможности узнать у неё который сейчас час.
Что ж, раз уж это место станет моим домом на какое–то время, то мне предстоит освоиться. Первым делом подхожу к стене с правилами и пальцем провожу по напечатанным на листе строкам:
1. Не выходить за пределы этажа после отбоя.
2. Не бегать по этажам.
3. Не оставаться на улице после завершения прогулки.
4. Не устраивать драк и не оскорблять других пациентов.
5. Находясь на лечении в больнице, необходимо строго придерживаться назначенного режима и диеты, выполнять предписанные назначения.
6. Во всех помещениях и на территории больницы необходимо соблюдать порядок и чистоту.
7. Посещения (встречи с посетителями) не осуществляются до окончания лечения.
8. Передачи не осуществляются.
Звучит довольно стандартно, если не считать того, что в самом конце идёт пугающая огромными буквами надпись: «Ни при каких обстоятельствах не посещать административные и процедурные блоки без сопровождения персонала». И в этих буквах я вижу, что мне ни при каких обстоятельствах не хочется там оказаться, даже с персоналом.
Закончив с чтением, быстро раскладываю вещи по полкам, подхожу к умывальнику, брызгаю на лицо водой и подхожу к окну, чтобы открыть шторы. Но ткань не поддается, и я понимаю, что это вовсе не шторы, а кусок материи, намертво приклеенный к раме. Но зачем было заклеивать окно?
Глава 3. Хулиганы и ботаны
Сквозь сон я слышу едва уловимый протяжный гул. Спасаюсь от него, набрасывая одеяло на голову. Назойливый звук пропадает, чтобы потом резким сигналом подбросить меня с кровати. Я мгновенно вскакиваю, протирая сонные глаза.
Господи, да что это такое? Сирена продолжает реветь, бешеным сигналом оповещая об… опасности? Что происходит? Мои пальцы начинают холодеть, когда я вспоминаю, как одним морозным утром меня и других детей вывели из школы в одной форме. Куча детей, стремящихся на выход и сталкивающихся друг с другом в узких проходах. Суета, звон в ушах и холод... Подозрение поджога. Но пожар так и не произошёл, произошёл лишь жуткий непрекращающийся насморк после того случая.