***
Идя туда, мы рисковали попасться не только на глаза персоналу, но и быть застигнутыми нашими собственными страхами, которые оживали ночью. Ложась в кровать, я пыталась не поддаться им, считая минуты до последнего обхода. Главное, не уснуть.
Поэтому я не раздевалась, а сразу легла в одежде, пялясь в потолок. На мне были чёрная майка и штаны. В фильмах с ограблениями герои всегда так одеваются для маскировки. И это заставляет меня быть более собранной. Я не разговариваю с Пейном, так как сильно волнуюсь. Но и он не трогает меня своими расспросами, потому что всё понимает.
– Прости, Пейн, но я не могу взять тебя с собой, – обняла я своего кота перед уходом. Надеюсь, он поймёт. Это слишком опасное мероприятие. И я не могу потерять своего друга. Кто даст гарантию, что нас не разлучат, если поймают? Здесь мой нежный плюшевый кот в безопасности. Натянув кроссовки, я открываю дверь, осторожно высунув голову. Слава богу, всё чисто. Осталось лишь встретиться с Аланом.
Он должен ждать меня на первом этаже. Я двигаюсь тихо, почти бесшумно, касаясь поверхности пола лишь кончиками носов обуви. Друг уже ждёт меня внизу. На нём белая майка и серые штаны. Видно, что он нервничает, покусывая нижнюю губу. Видимо, до сих пор не верит, что я его не разыгрываю.
После завтрака, я ещё раз осторожно прошла до входа в подвальное помещение. Тогда, двигаясь в суматохе, я не помнила досконально, как туда пройти. А сейчас каждая минута могла играть роль, поэтому, несмотря на то, что я выучила маршрут, я колебалась, перед тем как открыть очередную дверь. Но не ошиблась. Мы пришли к подвальному помещению с надписью «Только для персонала».
– Идём, – махнула я Алану и мы спустились вниз.
Когда я верно набрала пароль на дверь, и та со скрипом поддалась, мой друг поднял глаза и бросил на меня изучающий взгляд. Вид у него изумлённый – он никак не ожидал, что я открою дверь. Я лишь ухмыльнулась, довольная, что сумела поразить его, и пригласила последовать за собой:
– Аккуратно, смотри под ноги, – переступила я через лужицу, идя к заветной двери.
– Вот здесь, – указала я на вход с цифрой «12».
– Но тут тоже пароль... – нахмурился друг.
– Знаю, – ответила я, нажимая код. – Он такой же, как над дверью.
Алан уже даже не удивлялся, когда дверь открылась, и мы прошли внутри. Здесь всё было так, как я и описывала. И это заставило моё сердце сжаться. Мне ничего привиделось. Бедная Рози. Я достала из кармана украденный в столовой сэндвич. Подойдя ко второй двери, я робко постучала.
– Рози, это я...
Скрип открываемой двери не заставил долго ждать. Из-за дверцы высунулась взъерошенная голова девочки. Увидев меня, она радостно взвизгнула, кинувшись мне на шею. Закончив обниматься, она наконец-то увидела, что я пришла не одна. На её худом личике отразился страх. Она уставилась на меня в недоумении, показывая грязными пальцами на Алана. Словно это не я его привела, а он вошёл сюда по ошибке, пока мы приветствовали друг друга.
– Это друг, – ответила ей я, попеременно показывая рукой то на себя, то на своего друга. – Он - хороший. Не волнуйся.
Мой ответ, очевидно, удовлетворил её, потому что Рози пригласила нас пройти во вторую комнату. С моего ухода здесь мало, что изменилось, разве что кости, собранные с пола, перекочевали на подоконник. Учуяв их запах, Алан сразу прикрыл нос рукой. Судя по выражению его лица, парня едва не стошнило.
Рози же сразу принялась изображать заботливую хозяйку. Она скинула часть тряпок с кровати, аккуратно расстелив одеяло, и пригласила нас присесть. Чтобы не обидеть девочку, я плюхнулась, не боясь за одежду. В отличие от Алана, который, постаравшись найти более-менее чистый участок на одеяле, сел с некой опаской. Поочередно, она попыталась предложить нам остатки ужина из половинки ссохшейся растерзанной руками курицы. Но мы вежливо отказались. Невзирая на всё убожество комнаты, то, с каким рвением она принялась делать всё для нас, не могло не вызвать улыбку. Её голубые глаза смотрели на нас с радостью бездомного щенка, которому дали колбасу.
Теперь, смотря на грязноту этой каморки, Алан мне наконец-то поверил. Невозможно было и думать, что кого-то могут содержать в таких условиях, чтобы он ни совершил. По тени, пробежавшей по его лицу, было ясно, он думал о том же, что и я, - нужно найти способ вытащить девочку отсюда.