– Зашла проверить, как тут одна из них, – отвечает ей девушка, уже стоящая возле моей кровати. – Не волнуйтесь, всё в порядке.
Я слышу всё это уже с закрытыми глазами, притворяясь, что крепко сплю.
– Дети под надёжным контролем, – повторяет мисс Оливия, закрывая дверь.
– Надежным контролем, – повторяю я про себя, сжимая нож, переданный ею, в руке.
Утром я проснулась с ощущением, что мне приснился прекрасный, но фантастический сон. В нём я видела мисс Штейн. Она говорила о том, что побег близко. И только холодная сталь, чудом не порезавшая мою руку во сне, дала знать: нет, это не сон. Я засунула нож под подушку, когда она ушла. И уснула, держась за рукоятку. Сейчас я поспешно перепрятываю его. Проделав дырку в матрасе с той стороны, где он лежит к стене, я заткнула нож внутрь.
Меня лихорадит, когда я подхожу к столовой. Но не от жары и не от радости того, что скоро все узнают, что побег близко. Мне страшно. Не знаю, чего я боюсь больше. Того, что медсестры узнают о готовящемся побеге или того, что будет, если мы сбежим. Что станет с теми, кто останется? Не будут ли медсёстры настолько взбешены нашим исчезновением, что это отразится на других? Мысль о том, что пациенты могут оказаться в том же положении, что и Рози, не даёт мне покоя. Сумеем ли мы спасти других детей, когда выберемся?
Я решила сообщить новость о побеге сразу же после завтрака в игровой комнате. Но по тому, как судорожно я засовывала ложку в рот, пытаясь пропихнуть в желудок хоть немного каши, но в итоге сплюнула завтрак обратно на тарелку, Алан сразу понял, что что-то не так. Я никогда не умела скрывать чувства. И мне повезло, что медсёстры не были так заинтересованы в моём состоянии, чтобы спросить, в чём дело.
– МШ? – шепотом спросил мой друг, имея ввиду мисс Штейн.
Я кивнула, плюнув на еду и отложив ложку. Не могла дождаться, когда мы окажемся в игровой, и я смогу всем всё рассказать. Поэтому, как только мы там оказались, я подошла к телевизору, взглядом приглашая остальных. Включила первую попавшуюся кассету, не посмотрев, что это был мультик «Том и Джерри». Сейчас было совсем неважно то, что происходит на экране.
Шепотом я передала остальным весь план мисс Штейн, не забыв упомянуть о ноже, хранящемся у меня в спальне. Но, как ни странно, мои слова вызвали шквал недоверия, чем если бы я просто сказала, что мне снова не удалось поговорить с медсестрой. Медди потёрла свой кнопочный нос, Джордж почесал затылок, а Итан и вовсе выпалил:
– Ты уверена, что она действительно хочет нам помочь?
От этих слов моё сердце упало вниз. Как он может так говорить, когда спасение почти рядом? Ещё немного и мы у цели. Но глядя в их глаза, я поняла. Они были сломлены, как дикие звери, которых поместили в тесную клетку передвижного зоопарка. Процедуры, давление со стороны медсестёр и, самое главное, растущая апатия - всё это дало трещину. Они не видели того, что случится с ними дальше. Они перестали видеть мир за пределами стен лечебницы Квин. А я? Я его помню? В пушистом теле Пейна я всё ещё чувствую запах маминой стирки, а в колких замечаниях Итана вспоминаю свою школу. Правда, все эти воспоминания напоминают затёртые пленочные фотографии из чей-то чужой, далекой и не моей жизни.
– А у нас есть выбор? – произношу я. – Остаться здесь в качестве подопытных мышей и умереть. Или все же попытаться выкарабкаться? Итог один: мы так или иначе можем умереть.
– Она права, – поддерживает меня Алан. Его мягкий, но при этом сильный голос заставляет других прислушаться. – Мы должны попытаться.
–Но как же мой брат? Как же... Кейс? – поворачивает голову Медди, ища поддержки у Джорджа. – Они уже забрали Кайло. Где шанс, что они не заберут остальных? Что будет с ними, если мы сбежим? Как мы можем их оставить?
Девушка прикусывает нижнюю губу и на ней показываются капельки крови. Я понимаю её. Мысль о том, что сделают с её братом, покинь она стены лечебницы, затмевает мысли о том, что будет, если она останется здесь.
– Медди, – Алан кладёт свою руку на ладонь девушки, легонько сжимая её пальцы. – Твой брат, Кейс и Кайло им нужны. В их головах есть нечто ценное. Понимаешь? – смотрит он девушке прямо в глаза. Его голос звучит успокаивающе и Медди согласно кивает, превозмогая себя. – И именно поэтому они не станут убивать их, – заканчивает он, произнеся эти страшные слова, роящиеся в голове девушки, вслух. – Ты ничем не поможешь им, находясь здесь. Но если мы выберемся, у них тоже появится шанс. Мы должны сделать это ради них. Ради Рози и ради…