— Ах, вот ты о чем! Ну, все, что мне нужно, уже сделано еще вчера.
— Как? — вскрикнула Иллона. — Не может быть!
— Уверяю тебя. Все необходимые сведения я получил еще вчера вечером, когда менял батареи у твоего экрана мыслезащиты. Теперь я кое-что знаю о Меньо Блико, твоем кровожадном боссе и о многом другом.
— Не может быть! Хотя… если ты все знаешь… но я даже ничего не почувствовала… и ты не мог проникнуть в мой мозг со своей терапией, потому что у меня не изменилось ни одно воспоминание… или мне так только кажется? Послушай, конечно, я идиотка, но…
— Тебе внушили множество ложных представлений, — мягко произнес Киннисон. — Например, что тебе сказали о твоей ампуле в зубе? По-твоему, что произошло бы, если бы ты раскусила ее?
— Я полностью потеряла бы намять. Но потом доктора дали бы мне противоядие и восстановили в мозгу весь прежний запас информации.
— Здесь только половина правды. Содержимое ампулы и в самом деле стерло бы из твоего мозга все воспоминания и мысли. Но «терапевты» не восстановили бы их, а заменили по своему усмотрению.
— Какой ужас! Какой кошмар! Так вот почему ты раздавил ее, словно какую-то ядовитую змею. А я — то удивилась твоему непонятному поведению! Но как ты можешь доказать, что не обманываешь меня?
— Никак, — признался Киннисон. — Когда ты узнаешь все остальное, то должна сама решить, кому верить.
— Ты все-таки ничего не сделал с моим мозгом, — задумчиво проговорила она, — потому что я не переменила своего прежнего мнения о Патруле и обо всем, что к нему относится… или переменила?… Или со мной происходит что-то совсем другое?…
Она растерянно посмотрела вокруг.
— Нет, я ничего не сделал с тобой, — заверил линзмен:
— Подобные операции оставляют шрамы — разрывы в цепи воспоминаний, — и ты смогла бы очень быстро найти их. Но в твоей памяти нет ни одного пробела или недостающего звена.
— Пожалуй, ты прав, — немного подумав, согласилась Иллона. — Но почему ты ничего не сделал? Ты наверняка хотел меня как-нибудь переделать — ты же знаешь, что цвильники враждуют с вашим обществом.
— По-моему, тебе не нужно никаких таких «переделок», — улыбнулся линзмен. — Или ты не веришь в существование абсолютных добра и зла?
— Разумеется, верю! Кто же не верит в них?
— Ну, например, некоторые великие мыслители Вселенной, если тебя устроит такой ответ, — печально проговорил он и добавил уже совсем другим тоном:
— Что касается тебя, то я могу только пожелать, чтобы ты сохранила все свои воспоминания, весь накопленный опыт и знание жизни. Только вот ты непревзойденная притворщица.
— Что ты имеешь в виду? — Иллона покраснела и заморгала.
— То, что ты прикидываешься крепким орешком, который никому не по зубам. Хотя на самом деле тебя просто еще никто не пробовал раскусить.
— Как так — не пробовал? — воскликнула она. — А для чего же я, по-твоему, ношу кинжал?
— Ах, кинжал, — спокойно проговорил Киннисон и телекинетическим усилием отбросил ее оружие в сторону. — Ты всего лишь маленькая овечка в волчьей шкуре… хотя, судя по твоим воспоминаниям, довольно удачно умеешь выдавать себя за свирепую волчицу. Скажи, зачем ты это делала?
— Так мне было велено, — еще больше покраснев, призналась Иллона. — Мне приказано вести себя так, будто я везде побывала и всего насмотрелась. Мне говорили, что чем хуже будут мои поступки, тем больше я преуспею в вашей Цивилизации.
— Так я и думал. А зачем вы полетели на Лирейн? Чем планета привлекла вас?
— Не знаю. Правда, краем уха слышала, что мы должны высадиться на какой-то планете и дожидаться там кого-то.
— Но сама-то ты что собиралась делать?
— Тоже точно не знаю. Мне предстояло управлять каким-то космическим кораблем, но не знаю — каким, когда, откуда он прилетит и кого я должна везти на нем. Кем бы он ни оказался, мы должны беспрекословно подчиняться ему.
— Как лирейнианки смогли расправиться с твоими людьми? Разве не у всех были экраны мыслезащиты?
— Нет, не у всех. Остальные были не агентами, а простыми солдатами. Чтобы продемонстрировать свою силу, они сразу после высадки убили дюжину лирейнианок, но затем сами попадали замертво.
— Хм-м… Дурацкая тактика, но по поведению узнаю босконцев. Стало быть, твой вояж на Землю был в какой-то мере случайным?
— Да. Я просила Старшую Сестру отправить меня обратно на Лонабар, но она знала о нем не больше, чем я сама.