— Что будем делать, Ким? — спросил капитан Крейг. — Не опробовать ли нам наше новое силовое поле? Даже если у них есть силовые ножницы, им не спастись.
Обычно Крейг — седовласый мужчина с четырьмя желтыми нарукавными нашивками — принимал решения самостоятельно, так как ему одному доверено управление кораблем в бою. Однако сейчас обстоятельства были не совсем обычными. Во-первых, любой вольный линзмен, где бы он ни оказался, всегда обладал наивысшей властью. Во-вторых, силовое поле — новое изобретение — даже на «Неустрашимом» еще ни разу не испытывали его в действии. И, в-третьих, только Киннисон как член Галактического Совета мог оценить, в какой мере сложившаяся ситуация оправдывала применение новинки.
— Хорошая мысль, — одобрил линзмен. — Всего один корабль. Он от нас не уйдет и не сможет ни с кем связаться по каналам связи — дело вполне безопасное. Приступайте.
Земной корабль был быстроходнее босконского. К тому же, едва стартовав, последний не успел развить полную скорость. Силовой луч сразу достиг цели и охватил ее, однако вражеское судно разрезало луч всего через несколько мгновений. Патрульные не удивились, так как уже поняли, что босконцы к тому времени успели оснастить свои корабли силовыми ножницами.
Силовые ножницы первыми изобрели ученые Галактического Патруля. Однако, едва испытав новое изобретение и решив, что в будущем босконцы смогут завладеть его секретом, те же ученые поставили перед собой задачу создать такое силовое поле, которое нельзя разрезать никаким способом. В конце концов они добились своей цели. Созданное ими силовое поле способно удерживать любую цель, позволяя ей двигаться только в обратном направлении. Предназначенное для захвата крупных вражеских объектов, оно было установлено на «Неустрашимом».
Приблизившись к вражескому кораблю, патрульные снова включили силовые генераторы.
Окруженный защитным экраном, босконский корабль прибавил ходу и попытался прорваться сквозь невидимое препятствие, но безуспешно. Он просто скользил по внутренней оболочке поля, не в силах выбраться из него. Тогда пираты перешли на инерционный режим полета и, разогнавшись, сделали попытку протаранить препятствие. Опять никакого результата.
Наконец, не видя другого выхода, босконцы решили принять бой. Конечно, теоретически они могли сдаться в плен, но в действительности подобного никогда не случалось. Ни один босконский корабль не капитулировал перед Патрулем — нигде и ни при каких обстоятельствах. Таков неписаный закон межгалактических войн двух противоположных культур. Борьба шла не на жизнь, а на смерть — всегда и всюду.
Так было и на этот раз. Для своего типа вражеский корабль был надежно вооружен, но на нем полностью отсутствовали средства, способные сокрушить мощную броню «Неустрашимого». Не было на корабле и тяжелых защитных экранов, которые могли бы противостоять огневому шквалу патрульного корабля.
Как только пиратские экраны оказались разбитыми вдребезги, Киннисон отдал приказ прекратить огонь. Ему нужны сведения, карты и хотя бы один живой босконец. Однако ничего не удалось получить. Внутренние палубы искореженного корабля были покрыты телами людей, штурманская рубка засыпана пеплом. Все, что могло представить хоть какую-то ценность для Цивилизации, уничтожено — если не лучевым оружием «Неустрашимого», то самими пиратами, осознавшими неизбежность поражения.
— Разнесите его в пыль, — приказал Крейг, и остатки босконского военного корабля бесследно исчезли.
На обратном пути к Лирейну II Киннисон еще раз мысленно связался с Элен, Старшей Сестрой планеты. Та уже выбралась из своего убежища и обосновалась на верхнем этаже самого высокого из уцелевших зданий города, которое превратила в свой новый «офис». Поиски руководителей Лирейна, убийства и пытки горожан прекратились, как только взлетел на воздух не успевший стартовать босконский корабль. Лишившиеся прикрытия его мыслезащитного экрана, пришельцы сначала собрались на главной площади и заняли круговую оборону. Однако при первых же признаках возвращения «Неустрашимого» захватили большое число заложников и укрылись в ближайшем строении. Там они расположились, явно намереваясь использовать своих беззащитных жертв в качестве живого прикрытия.