По прошествии двадцати четырех часов Дикий Билл очнулся от блаженного забытья, взял у Стронгхарта ключи от своего буксира и покинул гостеприимный астероид Эвфросайн. Киннисон знал того, с чьим могучим интеллектом ему предстояло сразиться, знал, где его найти, но, как ни печально, не имел ни малейшего представления о том, с какой стороны лучше приняться за дело и как осуществить задуманное. И тут, к немалому облегчению Киннисона, последовал настоятельный вызов от адмирала Хейнеса. Поистине должно было случиться нечто из ряда вон выходящее, ибо за истекшие месяцы Киннисон несколько раз сам выходил на связь с адмиралом, но никогда прежде Хейнес не вызывал линзмена.
— Киннисон! Вызывает Хейнес! — прозвучал голос в сознании Киннисона.
— Киннисон слушает, сэр! — послал Серый линзмен ответную телепатему.
— Не отвлек ли я тебя от чего-нибудь важного?
— Нет, не беспокойтесь. Я тут совершаю небольшой перелет.
— Дело в том, сынок, что у нас возникла ситуация, в которой тебе, по нашему, мнению следовало бы беспристрастно разобраться. Не мог бы ты немедленно прибыть на Главную базу?
— К вашим услугам, сэр! Немного отвлечься от моих повседневных забот будет даже полезно по двум причинам: позволит мне немного замести концы и даст делу созреть до такой степени, когда я смогу расколоть твердый орешек. К вашим услугам, сэр!
— Запомни, сынок, ни я, ни кто другой не вправе отдавать тебе приказы! — довольно резко заметил адмирал. — Серому линзмену с правом на вольный режим не может приказывать никто. Мы можем лишь просить тебя о чем-нибудь или советовать, но где именно ты можешь принести наибольшую пользу, решать тебе и только тебе.
— Позвольте заверить вас, сэр, — со всей серьезностью возразил Киннисон, — что любой совет или любая ваша просьба для меня равносильны приказу.
И добавил более обычным тоном:
— Ваш вызов срочный, а мой развалюха-буксир плетется черепашьим шагом. Не могли бы вы послать за мной какой-нибудь более быстроходный корабль?
— «Неустрашимый» тебя устроит?
— Что за вопрос! Неужели вам удалось его переоборудовать за столь короткий срок?
— Как видишь!
— Держу пари, «Неустрашимый» стал одним из самых быстроходных кораблей Галактического Патруля! Он и раньше развивал неплохую скорость, а теперь за ним и подавно угнаться трудно.
И в назначенный срок в отдаленный участок космического пространства, поблизости от которого не было ни одного постороннего корабля (о чем убедительно свидетельствовали экраны включенных на предельный радиус действия детекторов), за буксиром Киннисона прибыл «Неустрашимый». После непродолжительных маневров, корабли сблизились, и «Неустрашимый», взяв на борт обшарпанный буксир, устремился к Главной Базе.
— Привет, Ким, старый космический бродяга! — последовало неуставное приветствие однокашника Серого линзмена Мейтланда, командира «Неустрашимого». Друзья крепко обнялись.
— Босс просил тебя, Ким, выйти на связь с ним за час до прибытия на Главную Базу, — информировал Мейтланд Киннисона, когда «Неустрашимый» приблизился к земной солнечной системе.
— Через Линзу или по видеоканалу?
— Он ничего не сказал. Думаю, что по твоему усмотрению.
— Тогда я воспользуюсь видеоканалом. И через секунду адмирал и Серый линзмен созерцали Друг друга на экранах видеодетекторов.
— Как ты там, сынок? — спросил Хейнес, внимательно всматриваясь в лицо Киннисона, и добавил уже через Линзу:
— До нас здесь, на Земле, дошли слухи о том, что ты вытворял на Эвфросайне. Человек не может столько пить и принимать лошадиные дозы наркотиков без вреда для своего здоровья. Я даже удивляюсь, что ты был в состоянии самостоятельно взлететь на своем тихоходе. Как тебе удалось пройти через все это? Как ты теперь себя чувствуешь?
— Приходилось тяжело, но что поделаешь? Не разбив яиц, яичницу не изжаришь, — пожал плечами Киннисон. — Впрочем, я не жалуюсь. Мне многое удалось разузнать. Чувствую себя превосходно.
— Очень рад слышать, сынок. Здесь у нас только Эллисон и я знали, кто такой Дикий Билл на самом деле. Должен сказать, что ты заставил нас поволноваться.
И снова переходя на видеоканал, Хейнес закончил вслух:
— Прошу сразу же по прибытии на Главную Базу пожаловать в мой кабинет.
— Слушаюсь, сэр! Буду у вас ровно через две минуты после того, как мы приземлимся.
— Адмирал занят, Руби? — спросил Киннисон у секретаря адмирала, входя в приемную.
— Проходите, линзмен Киннисон, адмирал ожидает вас, — улыбнулась в ответ миловидная молодая женщина и, пропустив Киннисона в кабинет, плотно прикрыла за ним дверь.