Адмирал ответил на уставное приветствие Серого линзмена, пожал ему руку и лишь после этого обратился к третьему лицу, находившемуся в кабинете:
— Навигатор Ксилпик, позвольте представить вам Серого линзмена Киннисона, с правом вольного режима. Прошу садиться, джентльмены.
И, обращаясь к Киннисону, адмирал продолжал:
— В последнее время снова стали исчезать грузовые и пассажирские корабли, исчезать бесследно, без единого сигнала тревоги или бедствия. Конвои оказались неэффективными: корабли сопровождения исчезали вместе с сопровождаемыми кораблями.
— В том числе и корабли сопровождения с нашими новыми излучателями? — спросил Киннисон у адмирала через Линзу. Новые излучатели были секретным оружием Галактического Патруля, и разговаривать о них вслух не рекомендовалось.
— Нет, — последовал краткий ответ. — Мы решили не выпускать в полет ни один корабль с новыми излучателями до тех пор, пока не разберемся, в чем здесь дело. Единственное исключение — полет посланного за вами «Неустрашимого».
— Прекрасно. Больше испытывать судьбу не стоит. Обмен телепатемами последовал в считанные мгновения, и адмирал Хейнес продолжал без малейшей задержки.
— Так вот, корабли сопровождения бесследно исчезали, не передав на базу сигнала бедствия или тревоги. Автоматическое оповещение также не срабатывало — приборы просто переставали передавать сигналы. Первым и пока единственным лучом света, позволившим хотя бы в малой степени выяснить обстоятельства таинственного исчезновения кораблей, стал рапорт, который я получил от навигатора Ксилпика, хотя, должен признаться, мне трудно поверить в то, что это имеет отношение к делу.
Киннисон посмотрел на незнакомого офицера. Розовый. Сразу можно узнать уроженца Чикладора — розовый с головы до пят. Кустистые волосы, треугольные глаза, зубы, кожа — все розовое. И речь идет не о красной крови, просвечивающей сквозь тонкую полупрозрачную кожу, а о непрозрачном пигменте, розовом с кирпично-красным оттенком, столь характерном для гуманоидов, обитающих на Чикладоре.
— Мы подвергли Ксилпика самому тщательному обследованию, — невозмутимо продолжал Хейнес, как будто Ксилпик находился не в его кабинете, а на своей родной планете. — Самое ужасное во всей истории, что Ксилпик абсолютно честно рассказывает о виденном им или, по крайней мере, считает, что был свидетелем разыгравшихся на его глазах сцен. Можете называть его рассказ как угодно, — галлюцинацией, наваждением, навязчивой идеей, но то, о чем он говорит, слишком невероятно, чтобы этому верить. И тем не менее, судя по всему, все произошло именно так, и всякие сомнения в психическом здоровье Ксилпика следует отмести как несостоятельные. А теперь, Ксилпик, я попрошу вас рассказать Киннисону то, о чем вы уже поведали членам Совета. Надеюсь, Киннисон, вам удастся извлечь из его слов рациональное звено. Нам это оказалось не под силу.
— Итак, я вас слушаю.
Но Киннисон не только внимательно слушал чикладорца. Как только Ксилпик начал говорить, Серый линзмен проник в его разум. Несколько мгновений ушло на то, чтобы настроиться на волну, на которой тот мыслил. Но зато потом Киннисон как бы своими глазами увидел все, что пришлось пережить Ксилпику.
— Второй навигатор радегелианского космического корабля скончался во время рейса, некогда корабль совершил посадку на Чикладоре, я занял его место. А примерно через неделю вся команда разом сошла с ума. Правивший вместе со мной вахту пилот вышел из-за пульта управления и, схватив кресло, вдребезги разнес автоматический прокладчик курса, после чего перешел в инерционный режим и выключил все навигационные приборы.
Я закричал, но он даже не обратил на меня внимания, а все вокруг вели себя так, словно рехнулись. Я нажал на кнопку срочного вызова капитана, но тот никак не отреагировал. Члены экипажа во главе с офицерами столпились у выходного люка, куда чуть позже прибыли капитан и старший помощник. Меня охватил ужас, но я последовал на некотором расстоянии за ними, чтобы посмотреть, как будут разворачиваться события дальше. Капитан, старший офицер, а за ними и остальные члены экипажа один за другим поспешно скрылись в переходном тамбуре, словно торопясь попасть куда-то.
Ближе я подходить не стал — мне вовсе не улыбалось выйти в космическое пространство без скафандра. Я поспешил обратно в центральный пост управления, чтобы с помощью лучевого детектора осмотреть ближайшие окрестности корабля, но передумал. Если неведомый противник возьмет наш корабль на абордаж, то первым делом нападающие бросятся в рубку — туда, где находится центральный пост управления. Нет, решил я, лучше пробраться на борт спасательной лодки, где также имеется свой лучевой детектор, и оттуда осмотреть окрестности. Так я и сделал. Но каково же было мое удивление, когда я ничего и никого не обнаружил!