«Не представляешь себе, насколько!» — подумал парень и настойчиво потребовал, чтобы собеседник в благодарность непременно испробовал его чудо синтезатор. Поразительная штука: на раз вылечивает головную боль, устраняет усталость и голод… каких только программ в нём нет! Учёный было засомневался, но пронырливый мошенник уже накинул ему на голову обруч и затолкал в ячейку ожидания, приговаривая, что в тишине эффект будет более действенный.
Программа сработала как надо, и оцепеневшая жертва без единого стона упала на пол. Отсканировав габариты его тела специальным устройством, парень стянул обратно свой прибор и поскорее смотался, не удосужившись даже поестественнее разместить учёного, чтобы вошедшие могли принять его за спящего. Мошенника сейчас занимало куда более важное дело — в порт прибывал дальнемагистральный карголинер.
К овальным экранам высотой в пару сотен метров уже стекались зеваки, подначиваемые гомоном завсегдатаев, с волнением ожидавших, когда красочные космические панорамы сменятся прямой трансляцией стыковки корабля со станцией. Парень протолкался в первые ряды, нацепил на голову обруч и запустил одну программу. Его зрачки тут же вожделенно расширились, а суета окружающих звуков потонула в беснующемся ритме собственного кровотока. Экраны к тому времени потухли, и от картонной, совершенно плоской темноты космоса вдруг отделился тонкий контур почти не отражавшего свет продолговатого корпуса. Карголинер плыл в невесомости разреженного пространства, точно готовящаяся к нападению хищная рыба, на фоне которой сопровождавшие корабль к стыковочному доку модули выглядели никчёмными песчинками, хоть и достигали в длину добрых тридцати метров.
У парня перехватило дыхание — это сказалась работа программы слияния, позволявшей владельцу синтезатора состояний ощущать себя на некоторое время совсем иной личностью. И только последнему идиоту бы пришло в голову поставить себя на место дальнемагистрального лайнера. Из-за таких вот извращенцев, доводивших себя порой до полного эмоционального истощения, разрабатывавшийся в помощь страдающим психическими расстройствами прибор и потерял свою популярность: его сочли небезопасным.
К счастью, имитация кончилась раньше, чем дурень успел задохнуться, и его помутнённое сознание с хриплым воплем облегчения вернулось к реальности. Диафрагма болела так, словно её втянули вглубь живота и подвесили на позвоночник, а сердце, воспринимавшееся ещё мгновение назад монструозной энергоустановкой, трепыхалось сейчас точно загнанная птица. Втянув с силой воздух сквозь плотно стиснутые зубы, парень пошлёпал себя по щекам и поспешил на посадку, ведь корабль этот прилетел за тем учёным, которым он как раз намеревался притвориться.
Шмыгнув в свободную ячейку ожидания, самопровозглашённый астростопер активировал голограмму и настроил систему захвата движений в соответствии со своими габаритами. Не прошло и пяти минут, как наружу шагнул уже не щуплый паренёк комичной внешности, а плотно сбитое одетое в невнятный балахон существо с выпученными глазами, сжимавшее пухлыми пальцами перламутровую карточку-приглашение. Перевоплотиться внешне мошеннику удалось легко, а вот двигаться размеренной походкой учёного стоило большого труда, ведь парня так и распирало успеть перед стартом осмотреть корабль.
Поле арки контрольного терминала — последнее препятствие, отделявшее его от долгожданной цели, — легко затрещало, и из пустоты раздался механический голос:
— Цель поездки.
Возбуждённо облизнув губы, самозванец аккуратно поднёс приглашение к считывающему устройству.
— ДНК подтверждение.
Осторожно, дабы драгоценная слизь не сорвалась с дрожащего от напряжения пальца, парень протянул к генной метке свою левую руку.
— Личность идентифицирована, — отрапортовала система, и в воздухе отобразилась посадочная схема с номером его индивидуальной камеры. — Пройдите сканирование.
Парень шагнул внутрь арки с неохотой, потому как прекрасно знал силу, с которой безобидная на вид энергетическая субстанция разряжается в тело неудачника, имеющего при себе запрещённый к перевозу груз. Наученный горьким опытом, он благоразумно припрятал на станции почти все вещи, оставив при себе только синтезатор состояний и ещё пару приборов. Голограмму он тоже деактивировал перед проходом, и решение это оказалось самым что ни на есть правильным.