— Ну ты даешь! Ты понимаешь, что очень обидел ее?
— Сейчас да. Видимо, придется извиниться.
— Вот-вот. Ладно, идемте. Если я опоздаю — такое начнется, — вздохнул Гарри. — А еще надо Полумну встретить.
Когда ребята увидели Лавгуд, то даже не сразу узнали ее. Изящное серебристо-голубое платье и аккуратная прическа сильно преобразили девушку. Облик дополняли серьги и колье в виде снежинок, а также аккуратный макияж. Похоже, Гермиона действительно помогла Луне с нарядом, так что теперь та напоминала сказочную принцессу.
Лавгут немного неуверенно улыбнулась гриффиндорцам, а Гарри, вспомнив все те манеры, которым его обучали, изящно поцеловал девушке руку, проговорив:
— Потрясающе выглядишь! Уверен, тебе не будет равных на балу!
— Гарри, ты очень мил, — Луна еще раз улыбнулась, уже смелее. Создавалось ощущение, что она старалась держаться соответственно своему облику.
— Пойдемте в зал, — предложил Поттер, беря девушку под локоток.
— Ага, — согласился Рон. — Мы с Лав договорились встретиться там.
Когда Уизли увидел вторую главную пару вечера: Грейнджер и Крама, то просто потерял дар речи и совершенно забыл о своей партнерше. Гермиона выглядела невероятно мило и утонченно. Высокая прическа открывала тонкую шею, а лавандового цвета платье подчеркивало тонкую фигуру.
Рон уставился на Гермиону так, словно впервые разглядел в ней девушку. Очень симпатичную, способную затмить многих. Только обычно Грейнджер была слишком погружена в учебу, чтобы придавать большое значение внешнему виду.
В результате Уизли весь вечер старался держать подругу в поле зрения, почти игнорируя Лаванду. В нем зрели обида и осознание собственных ошибок. Выбери Гермиона любого ученика Хогвартса — и Рон немедленно попытался бы все исправить, но Крам! Оставалось наблюдать издалека. А еще рыжик понимал — испорть он Грейнджер этот вечер, и она никогда его не простит.
Что до Поттера, то едва он с Лавгуд вошел в Большой зал, рядом оказалась профессор Макгонагалл. Обведя обоих придирчивым взглядом, она сухо сказала:
— Вас уже заждались! Церемония открытия скоро начнется. Хотя бы внешний вид на высоте. Следуйте за мной.
Минерва подвела их к остальным чемпионам. Гарри подмигнул Диггори и взглядом выразил свое восхищение Гермионой. А потом заиграл оркестр. По залу поплыла чарующая мелодия вальса. Настало время доказать всем, а главное — самому себе, что уроки Северуса не прошли даром.
Гарри держался на высоте всю официальную часть бала. Танцевать с Луной оказалось легко, музыка сама вела за собой. Видимо потому, что девушка не вызывала такой бури чувств, как профессор зельеварения, и можно было не отвлекаться на эмоции.
Единственное, что вызывало легкое волнение, так это взгляд Снейпа, который преследовал Поттера во время всей церемонии открытия. Конечно, на него очень многие смотрели, но внимание Северуса молодой оборотень чувствовал сразу.
Зельевар, в самом деле, не мог отвести глаз от подопечного, хоть и старался скрыть это от остальных. Снейп словно впервые увидел не оборотня, а молодого волшебника знатного рода. Галантного, обходительного и прекрасно осознающего свое место в обществе. Уроки Люциуса не пропали даром. Ему удалось вылепить из Гарри настоящего аристократа, пусть парень большую часть времени этого не афишировал.
Вместе с этим животная притягательность юноши никуда не делась, а еще ощущение силы. Из Поттера медленно, но верно вырастал далеко не посредственный маг. Просто физически ощущалось уготованное ему великое будущее. Кажется, даже Волдеморт в самом расцвете сил не производил подобного впечатления. Во многом потому, что всячески выпячивал свои достоинства: реальные и мнимые, и скрывал недостатки. А Гарри, наоборот, не любил привлекать к себе внимания, предпочитая скромную позицию в тени остальных. Насколько это было возможно, конечно. Учитывая его способность находить приключения на ровном месте.
Тем временем официальная часть наконец-то закончилась. Начался торжественный ужин, после которого учеников ждала дискотека. Какофония звуков и запахов быстро убедила Гарри, что с него хватит этого мероприятия. Извинившись перед Луной (которая была вовсе не в претензии, скорее наоборот), парень незаметно выскользнул из зала, желая подышать свежим воздухом.
На улице, мягко кружась в сумерках, медленно падал снег. И тишина. После гула Большого зала она почти оглушала. Не сводя глаз с убывающей луны, Гарри наслаждался моментом. Но приближающиеся шаги все-таки услышал. Губы тронула улыбка, правда парень так и не обернулся, а сквозь затылок она не проступала.