— Какое варварство, — фыркнул Снейп, все-таки проснувшись. — Дай сюда.
Выудив палочку из-под подушки, Северус в один момент разрезал повязку. У парня вырвался вздох облегчения, и пришлось приложить усилия, чтобы не почесать рану.
— Заживает хорошо, — заключил зельевар. — Все затянулось, но едва-едва, так что не трогай. Может снова пойти кровь. Не лучше ли опять перевязать?
— Нет, прирастет, — возразил Гарри. — Лучше так.
— Ладно. Но советую выучить кровеостанавливающее заклинание.
— Я его знаю. Только на нас оно не всегда действует.
— От чего это зависит?
— От фазы луны. Чем ближе к полнолунию, тем менее эффективно его применение.
— Хм, ну, сейчас до него еще две недели.
— Ага. А после в любом случае заживет. Жаль, что я еще не умею перекидываться по желанию, вне зависимости от луны, иначе бы уже все прошло.
— И когда ты думаешь этому научиться?
— У всех по-разному. Если я стану достаточно сильным альфой, то когда повзрослею, думаю.
— Понятно. Ладно, раз ты выспался, то давай вставать, пока тебя не начали искать.
— Раньше завтрака не начнут, — усмехнулся Гарри, все-таки вылезая из-под одеяла и потягиваясь.
— Марш в ванную, — рявкнул Северус, понимая, что совсем не с опекунским интересом разглядывает парня.
Тот как нарочно потянулся еще раз, демонстрируя игру совсем не детских мышц под кожей, но потом все же скрылся за указанной дверью.
Процедура чествования и правда получилась очень утомительной. Пришлось пересказывать произошедшее в лабиринте раз десять, не меньше, да и с Седриком пришлось поговорить, причем не только с ним, но и с половиной его факультета, как минимум. Они считали, что Гарри вероломно вырвал победу у их чемпиона. Пришлось доказывать, что он почуял неладное. Да и переместись Диггори вместо Поттера или вместе с ним — Крауч-младший непременно его бы убил. Ему не нужны были свидетели.
В этой не очень-то дружеской беседе хорошим аргументом послужил шрам на руке. Все еще глубокий и внушительный. В итоге разошлись по-хорошему.
Что до гостей из Шармбатона и Дурмстранга, то, кажется, только вежливость не позволила им покинуть Хогвартс немедленно по завершении турнира. Они задержались на неделю, оставшуюся до конца учебного года, а потом отбыли в один день. И, кажется, снова нанесут визит нескоро. Произошедшие события убедили их, что в Англии еще слишком неспокойно. Но обе школы приглашали учеников Хогвартса погостить у себя. Особенно Гарри.
Мадам Максим удалось даже остаться с Поттером наедине, и в личной беседе полувеликанша не просто пригласила мальчика нанести визит в Шармбатон, но и, если есть такое желание, перевестись в эту школу до конца обучения. Директриса была даже готова назначить ему стипендию, полностью покрывающую расходы на обучение.
Гарри чувствовал, что эта грандиозная женщина движима не только тщеславием, но и, как ни странно, беспокойством. Интересно, почему? Впрочем, докапываться Поттер не стал, так как принимать приглашение в любом случае не собирался. Поблагодарив мадам Максим, парень ответил, что его слишком многое связывает и со школой, и с Англией в целом.
Директриса Шармбатона оказалась понятливой и не настаивала. Хотя Флер какое-то время старательно кокетничала с Гарри. Правда, тот слишком поздно понял, в чем дело, принимая поведение девушки за желание отблагодарить за помощь в турнире. Впрочем, сердце победителя было глухо к подобным уловкам.
Виктор Крам на виду всей школы очень трогательно прощался с Гермионой. Вот только Поттер чуял, что если знаменитый ловец и питал какие-то нежные чувства к девушке, то та видела в нем только друга. Симпатия иного рода развеялась. Видимо, не каждой влюбленности суждено превратиться в любовь.
Сразу же после отъезда гостей Гарри отыскал близнецов Уизли и выполнил свое обещание — передал им свою премию на развитие бизнеса. Но братья отказались брать деньги просто так, настояв на двух условиях: во-первых, написали расписку, заверив ее магически (откуда только узнали как?), во-вторых, поклялись, что Поттер будет совладельцем и может претендовать на треть прибыли. Тут Гарри начал было возражать, и в итоге сошлись на том, что выплаты начнутся не раньше, чем через два года. Засим и расстались. Близнецы уехали донельзя счастливые. Еще бы, сбывалась мечта всей их жизни!
Сам Гарри возвращался домой с некоторой тревогой. Ведь этим летом ему предстояло вступить в права лорда. А вдруг семейная магия его не примет? Или он не справится с ее тяжестью? Вопросов было много, ответов гораздо меньше. Но не мог же он рассказать друзьям, что его беспокоит! Поэтому старался придать лицу выражение нарочитой беззаботности.