Воспользовавшись ограниченным количеством мест, Поттер все-таки устроился на диване рядом с зельеваром, а точнее, между ним и отцом, после чего подробно рассказал о своем пребывании у Уизли.
При упоминании о Флер Люциус переспросил:
— Билл женится на полувейле? Де Лакур?
— Ага. И Молли это почему-то очень не нравится. Хотя это ведь выход для них всех.
— Да уж. Но продолжай, что было дальше?
Гарри рассказал. И про домогательства Джинни, и про друзей, и про беседу с мистером и миссис Уизли. И чем больше он говорил, тем мрачнее становились все присутствующие. По окончании Северус вздохнул:
— Я надеялся, что ты не совсем верно понял происходящее. Но, кажется, все еще хуже.
— Что за ритуалы такие они придумали по нейтрализации пророчества? — спросил Поттер.
— Да нет таких ритуалов, — фыркнул Малфой. — И то, что сотворили с Джиневрой... Ты не замечал в ней ничего необычного?
— Я к ней никогда не приглядывался, поэтому сложно судить. Я могу спросить у Рона, но не думаю, что увидит и он. Возможно, Флер способна что-то разглядеть, или Билл, они же как раз работают с заклятьями. Правда, Молли постоянно следила за мной и своей дочерью, когда мы оказывались рядом, словно ожидая чего-то.
— Хм... Пока я могу только предположить, что ритуал с последующим магическим браком нужен только для того, чтобы лорд Поттер вошел в род Уизли. Это и объясняет стремление покончить со всем до совершеннолетия Гарри, чтобы сама магия не воспротивилась.
— Вот только я уже взрослый по магическим законам, — возразил Коул. — И эти потуги бесполезны.
— Более того, в случае, если бы ты согласился на этот... брак, магия могла бы ударить по невесте так, что она стала бы сквибом, — заметил Люциус. — Ты не просто мальчик-сирота, ты лорд.
— Вот именно, — согласился Грейбек. — И какими бы недалекими Уизли ни были, они все-таки знают, что при вступлении в другой род, даже если б все прошло благополучно, Коул потерял бы наследство своей семьи. А рыжие слишком нуждаются в деньгах, чтобы не учесть этот момент.
— Тогда не исключено, что имел место какой-либо ритуал связи, — предположил Северус.
— Кого с кем? — спросил Гарри, преисполненный подозрениями.
— Видимо, тебя с Джиневрой. Очень уж им хочется добиться этого брака.
— Но со мной никто ничего не делал, вроде бы.
— Оно и понятно, — грустно усмехнулся Сириус. — Ритуал провели над Джинни, возможно с использованием твоей крови или волоса или еще какой частицы тела. Обычно в результате прошедший ритуал становится исключительно привлекательным для партнера, притягивает его к себе надежнее и крепче любой амортенции. Но такой обряд не действует на магглов и требует серьезной расплаты в десять лет жизни, как минимум. Поэтому и отнесен к разделу черной магии.
— Семейный опыт? — спросил Люциус.
— Он самый. Ритуал изобрела моя пра-прабабушка.
— Неужели Джинни совсем с ума сошла? Согласиться на такое... — покачал головой Гарри.
— Она могла и не знать, — заметил Северус. — Директор у нас очень силен в убеждении.
— Одного не могу понять: зачем это ему? — фыркнул Гарри. — В чем кроется главная причина?
— К сожалению, пока на этот вопрос нет ответа, — вздохнул Грейбек. — Определенно, старик стремится к власти, причем абсолютной, а не ограниченной должностью министра. И сейчас он провоцирует конфликт между тобой и министерством, чтобы иметь единоличное влияние. Методы, конечно, отдельный пункт, но тем не менее. Похоже, Альбус считает тебя козырем в рукаве, который возвеличит его в нужный момент. Но для этого нужен и враг. Поэтому им всячески подстегиваются слухи о возрождении Волдеморта. Правда, как он собирается это доказывать?
— В этом плане слишком много белых пятен, или мы просто не видим всей картины, — ответил Люциус. — Да и директор слишком многих отталкивает: аристократов, министерство. Этот орден Феникса — ну, смех же один!
— Смех смехом, но Дамблдор работает как раз на широкие массы, — возразил Северус. — Магов «из простых» банально больше. Вот только почему-то директором упорно игнорируется равновесие магии. А ведь он работал с Фламелем, тот должен был его просветить.
— Возможно, тот считал, что Альбус знает. Все-таки пусть не аристократ, но из магической семьи.
— Образованность старика меня мало волнует, — рыкнул Грейбек. — А вот его внимание к Коулу, и эти статьи...
— Какие? — удивленно спросил Гарри.
— Вот что пытались пропихнуть в «Пророк», — Люциус вручил парню свернутый пергамент.
Поттер развернул его, быстро пробежав взглядом содержимое. Один заголовок чего стоил: «Гарри Поттер — герой или...». А потом шло такое, что волосы невольно начинали шевелиться. Якобы обличительная статья о том, что тот, кого считают национальным героем, на самом деле, похоже, психически нестабилен, и ему необходима твердая рука, пока не случилось беды. При этом откровенный вымысел так ловко переплетался с малозначительными фактами из школьной жизни, что так сразу и не отличишь, где что.