— А сколько вообще убийств совершили именно Пожиратели? — заинтересовался Сириус.
— Гораздо меньше, чем принято считать, — ответил Фенрир. — Вообще-то Волдеморт не поощрял излишнего насилия, так как планировал не просто стать министром магии, но и удержаться на этом посту долгое время, а с сильно подмоченной репутацией это сделать сложно. Да, он не гнушался шантажом, подкупом, жестким давлением, но убийства — крайний случай, равно как и пытки. Хотя провоцировали постоянно. Тот же Дамблдор развернул огромную компанию против Тома, создав мнение о нем как о маньяке-убийце. Но большая часть ордена пострадала не от наших рук. Да, Лонгботтомов пытала Белла. Она и так никогда не отличалась особым душевным спокойствием, а под конец и вовсе была не в себе. Ревновала Волдеморта ко всем и вся, хотя не имела на это никаких прав. Фанатичка, о чьем заключении я нисколько не жалею.
— Столько лжи... — вздохнул Блэк.
— Политика, — усмехнулся Люциус. — Если б Волдеморт был таким чудовищем, то за ним не пошло бы столько чистокровных семей. Да, в последние годы его психика, похоже, пошатнулась, от чего он начал делать ошибки. Но ведь тому были причины?
— Да, — подтвердил Грейбек. — К сожалению. Если бы не вся эта затея с бессмертием... Ну, да что теперь говорить?
Гарри знал, что отец имеет в виду и насколько болезненна эта тема, поэтому решил спросить о другом:
— А как Аластор Грюм перестал быть главой аврората?
— Из-за меня, — осклабился Фенрир. — Той самой ночью он прибыл в дом в Годриковой лощине почти сразу после ухода из него Сириуса, а я только что ощутил гибель Тома. В общем, состоялась схватка, Грюм остался без ноги, я же скрылся, раненный в бок довольно неприятным заклятьем. Через неделю я оправился, а вот он — нет.
— Раны, нанесенные оборотнем, магией не лечатся? — спросил Блэк.
— Совершенно верно, — кивнул Грейбек. — Даже если дело происходило и не в полнолуние. Так что Грюма отстранили от оперативной работы по состоянию здоровья, оставив лишь преподавание в академии. Но и там он продержался всего пять лет из-за невероятно возросшей паранойи. В итоге Аластор хоть и пытался вернуться в аврорат, но был вынужден выйти в отставку.
— Так ему и надо, — буркнул Гарри. — Мерзкий тип. И, очень похоже, именно он исполнитель всех грязных делишек Дамблдора.
— Ты хочешь и это доказать? — удивленно спросил Сириус.
— Я был бы рад, если б это получилось. Чтобы все виноватые получили по заслугам. Но главное — остановить директора в его далеко идущих замыслах. Они настолько опасны для магического мира, что иногда мне кажется, что то пророчество было вовсе не обо мне и Волдеморте, а о нем.
— Интересное предположение, — заметил Малфой. — Ты далеко пойдешь, мальчик.
— Давно уже не мальчик, — поправил аристократа Грейбек. — Щенки быстро вырастают в волков.
После этого импровизированного военного совета Поттер получил несколько дней передышки. Дома было привычно уютно и спокойно. Как в детстве. Коул отдыхал душой. Вот только пару раз ему снились очень странные сны. Какой-то силуэт, похоже, женский. Он пытался приблизиться, одновременно зовя за собой. Но при малейшей попытки прикоснуться между парнем и этой фигурой вставал ощетинившийся волк. И так каждый раз.
На третий раз Гарри решил не геройствовать и рассказал отцу. Тот немедленно связался со Снейпом. Так что, зельевар уже через четверть часа вышел из камина в гостиной логова. Видимо, он торопился, даже мантия осталась дома, зато волшебная палочка уже была в руке.
— Что случилось? Все живы-здоровы? — сразу же спросил Северус.
— Пока да, — поспешил успокоить его Грейбек. — Но у нас тут наметилась одна проблема. По твоей части.
— Какая?
При этом Снейп смотрел на Гарри так, словно не терпелось немедленно оказаться рядом и хотя бы лоб пощупать, чтобы убедиться, что с парнем в самом деле все в порядке.
— Похоже, кто-то настойчиво пытался проникнуть в разум Коула, — сказал Фенрир, усевшись в кресло, тем самым предлагая гостю и сыну занять диван. Юноша немедленно устроился рядом с партнером.
— Кто? Как именно? — потребовал ответа Северус, заглянув в глаза Гарри, одновременно прощупав у него пульс.
— Кто — не знаю. Все шло через сон, но он был не совсем на сон похож. Ко мне тянулась какая-то темная фигура, кажется, женская, испуская какие-то флюиды притяжения, но в этом чувствовалась какая-то неправильность. И каждый раз, когда она оказывалась слишком близко, между нами вставал волк. Он был в ярости. Фигура пугалась и уходила, а я просыпался.
— Сколько раз такое было?
— Три.
— Какие ощущения после? Повышенное сердцебиение, головные боли, потливость?