Я вышла из дома. Надо вернуться на праздник. Я слишком быстро убежала. Это, наверное, заметили… А я не хочу посвящать кого-нибудь ещё... Даже Нандрель. Арсе уже знает. Но она взрослая мудрая Хинти. Ами железной воли и характера. Она не полезет с советами. Вообще, ничего не скажет, если не спрошу сама. А что она скажет, если спрошу, я и так знаю: «Для изгнания демонов из душ любимых боги дали неолетанке Ар». Подчинить. Незаметно вплести в мысли и чувства нужные мотивы. Установить границы и расставить приоритеты. Мастерски заточить под себя. Этого даже никто не заметит. Никто не увидит разницы. Я способна сделать это с ювелирной точностью. Все, кто реально знаком с моими талантами, считают, что я давно подкорректировала его под себя. Никто не заметит… Только я! А я так не могу! Я хочу настоящего! Куклы не способны порождать любовь. А я всё ещё хочу любить его! Я хочу, чтобы он сам меня любил!
Блин! Любая неолетанка, которая сейчас посмотрит мне в глаза, прочитает в них трагедию и разрушение всех надежд. А я не хочу… Значит, надо спрятать эти глаза.
За стол к Энастение и Гардману я не вернулась. Махнула, не доходя несколько шагов, и тут же выдернула из толпы мальчика-даккарца. Соблазнять и уговаривать, не было ни времени, ни сил. Поэтому я просто положила руку ему на плечо и создала в его мозгах желание поцеловать меня, а потом уйти со мной отсюда. Так меня искать не будут. И волноваться, и спрашивать о чём-либо тоже не будут.
Губы мальчика имели привкус тёмного пива и каких-то острых закусок. Руки его с жадностью мяли мою грудь. Неолетанки, хмыкнув, махнули на меня рукой… А ведь тело, накачанное амосой, недвусмысленно требовало разрядки. Только с Роджером такой мысли не возникло. Там, вообще, о сексе противно было думать.
Я подхватила мальчишку на руки. Мне надо протрезветь. Вот мальчик и поможет мне в этом. Пару часов хорошего секса, и я буду трезва, как стёклышко.
-
-
- - Роджер:
-
Объяснять что-то в дупель пьяному человеку очень неблагодарная работа. Особенно если он тебя всё равно не слушает, а ты не совсем понимаешь, на что он так рассвирепел. То, что Марика решила перейти от слов непосредственно к физическому воздействию, я заметил за мгновение. Только места для манёвра достаточно не было, и единственный выход оставался подпустить её чуть ближе, а потом огреть так, чтобы мало не показалось. Вообще, самый хороший способ тушить ярость пьяного, это крепкий удар. Лучше в нокаут.
С дракой я просчитался. В момент, когда Марикина ладонь сомкнулась у меня на лодыжке, а я прицеливался второй ногой ей в грудь, моё тело отказалось слушаться. Напрочь! Просто расслабилось и обмякло. Мешком грохнулось на ковёр, треснувшись затылком. А я просто глупо моргал глазами. Юбля! Ар!
Я много раз противостоял Марике на тренировках. Она учила меня обходить Ар. В основном, стиль мастера меча и другие простые стили. По-настоящему я с ней не дрался никогда.
И что теперь? Марика отпустила мою ногу. Но власть над телом ко мне не вернулась. Что это? Воздействие на расстоянии, или ей прикосновение нужно, вообще, только в начале? Меня трясло от страха. Тогда, с Аурелией, я хотя бы точно понимал, что она просто крадёт меня. А вот что собирается делать пьяная Марика? Что ей там померещилось, что я ей изменил? Ну, насколько помню, за измену неолетанки убивают своих мужчин. Только за настоящую измену, с неолетанкой!
Звякнула пряжка моего ремня. Марика грубо рывком перевернула меня живот. Не разговаривая со мной. Глухо ругаясь себе под нос на непонятном языке… Ремень обжигающе лизнул мою спину. Юбля!
Ещё немножко, и я начну истерически смеяться. От безысходности. От собственной беспомощности. Последний раз меня порол дед лет в тринадцать. Юбля! И зачем я такой тяжёлый ремень взял?! Твердила же мне девица в том магазине, что такое уже не носят. Юбля, чёрт! Вот послушался бы… Чёрт!
Правильно, рабов надо иногда пороть! АЙ! Чтоб не зарывались! Не думали, что им что-то позволено! ААЙ! Чтобы помнили своё место! АЙ! ЮБЛЯ! Чёрт побери…
Марика остановилась, резко выругавшись. Спина и задница горели неимоверно. Не-е, избавляться от таких ремней надо. Так живого места не останется! Юбля!
Раб! А ты что думал? Вот тебе реальность, парень! Марика вскинула меня на плечо, приложив плечом об стену. Юбля! Я не могу двигаться. Не могу сопротивляться. Даже сгруппироваться, чтобы не биться обо что попало, не могу. Даже поднять голову и оглядеться.