Я встал и быстрым шагом вернулся к костру.
- С Архо что-то не то. Кажется, перемудрили в его мозгах эти мастера.
Отардан злился. Генерал с нескрываемым ужасом смотрел на то, как мой брат, теряя фразы в слезах, не слушая того, что мы говорим, бормочет о какой-то бабе.
- Учитель, это лечится. Позвоните Нандрель. Я видел парня и в худшем состоянии, которого она вернула в норму.
Я протянул Отардану номер. Он не стал спорить. Мне Нандрель могла и отказать, но Отардана, судя по утреннему разговору, считала своим любовником. А значит, он имел право просить её помощи.
Нандрель появилась у нас под утро. На полчаса уединилась с Архо. Вышла, устало плюхнувшись около костра.
- Всё? Поправила?
Она усмехнулась:
- Нет, Роджер! – потом повернулась к Отардану. - Извини, Таро, это нельзя поправить.
Внутри меня что-то оборвалось:
- Как? Да ты Анжея из более худшего состояния вытаскивала. И с Тоби подобная же фигня была.
- Анжея программировала Амалия. Она, конечно, легкомысленна, но Ар владеет идеально. А Тоби, вообще, правила Морена, она лучшая из мастеров рефрейминга. Их работа была ювелирна. И заранее предполагала откат назад. Этого мальчика правила недоучка. Из тех, кто забивает гвоздь танком. В такой работе предсказать побочные действия невозможно. Этого мальчика сломали.
Она взглянула на Отардана, прикусив губу:
- Таро, таким, как прежде, он не будет. При самом большом везении хорошо, если удастся остановить разлом и вернуть ему вменяемость.
Отардан сидел мрачнее тучи:
- Ты можешь это сделать?
- Нет. Но я могу отвезти его к мастеру, которая это сделать может.
23. Лицо Даккара
-
-
- - Марика:
-
Дом, как и ожидалось, встречал меня неласково. Эсти ворчала, Тэма натянуто улыбалась. И то не мне, а запуганному даккарскому мальчишке. В итоге, я просто выставила их обоих из своих комнат.
Мне нужен нормальный муж, который наведёт здесь порядок. Который будет послушен мне и научит слушаться женщин.
- Малыш, - я приподняла мальчишку за подбородок, – ванна там, жди меня в спальне.
Мальчишка выдрессировано кивнул и скрылся за дверью ванной комнаты. Я даже не помнила, как его зовут. Это было не важно.
Я поднялась в кабинет, открыла отчёты управляющих. Финансы растут. Даккарцы согласились на все условия договора по порталам. Куда ж они денутся?! Урсудана опять прислала своё предложение. Эта маньячка как будто чувствует моё настроение.
Гневное письмо от генерал-командора Каменной реки. Угрожает! Ещё одно такое письмо, и Урсудана меня уговорит.
Энастения просит разрешить её людям швартоваться в технических портах. Просит очень смиренно. Чувствует, видать, что сейчас со мной спорить нельзя.
Запиликал коммуникатор. Нандрель:
- Великая, у меня проблемы, я хочу просить твоей помощи.
Тон, честно говоря, меня немного напугал. Мои отношения с Нандрель никогда не отличались официозом. С чего бы вдруг?
- Что случилось?
- Я стою у твоих ворот. Пусти, я всё расскажу.
Она вошла в комнату. Уставшая. В том же платье с красными вставками, в котором была в Чаше. Вошедший с ней бугай аккуратно опустил на пол даккарца и удалился. Высокого, серокожего мальчишку… Архо? Нандрель молча повалилась на колени.
Неолетанки так поступают, когда хотят напомнить старшим об их старшинстве. Сильным, об их силе:
- Учитель, этого мальчика сломали во время фестиваля. Если это всплывёт, у меня будет много проблем. У меня не хватает мастерства его восстановить. Помоги мне!
Сломали? Нандрель была будто растерзана изнутри. Конечно, она же теперь старший Мастер Истины в моём регионе, и теоретически, для неё не должно быть ничего невозможного. Теоретически. Но в действительности, она ещё слишком молода. Бедная!
- Конечно, я помогу тебе. С мальчишкой всё будет хорошо. Если смогу, я его восстановлю. Не смогу – нарисую заново так, что никто не заметит разницы. Не терзайся! Ты имеешь право что-то не знать! Знать всё могут только боги, – Нандрель, кажется, вздохнула облегчённо. Мне хотелось её успокоить. – Выпьешь со мной?
Она помотала головой:
- Нет, если позволишь, я вернусь в лагерь даккарцев и удостоверюсь, что это была единственная ошибка.
- Конечно.
Нандрель, попрощавшись, вышла из комнаты. Я молча рассматривала мальчика. Спит. Крепкий наркотический сон. Высокий и сильный мальчик. Даккарская стать и самоуверенность. Я не хотела его ломать. Поиграть, попользовать, но не ломать.