В коридоре послышались шаги, тяжёлые створки дверей широко распахнулись, как будто должна была войти целая армия. И на пороге появился Роджер. Он повзрослел. Сколько же меня не было? Он стал ещё красивей. Решительный, уверенный, собранный. Он не был накрашен и не носил украшений, кроме свадебных браслетов. Но сейчас как-то вполне органично смотрелся в этих стенах. Да и назвать его диким пиратом рука не поднималась. Чёрные волосы аккуратно собраны в маленький хвост на затылке. Чистая отглаженная чёрная рубашка. Джинсы того же цвета и состояния. Мягкая полуспортивная обувь. Даже ногти на руках ухоженные… Но! На запястьях несколько новых порезов. Мой дом сделал его более цивилизованным. Но быть воином он не перестал. Такой презентабельный чёртик!
Он улыбнулся и уселся на край моей кровати:
- Ну? Как самочувствие?
- Пока трудно сказать. Но глюков в глазах явно резко поубавилось… Ты так повзрослел. У меня закрадывается мысль, что я немало провалялась в подвалах Энастении. Пару лет?!
- Повзрослел? Тебя не было полгода. По-моему, вполне достаточный срок?!
А может, я до сих пор в бреду? Роджер улыбается мне. Взял меня за руку. Шутит осторожно. Как будто боится за моё шаткое сознание. Внимателен ко мне, заботлив. Я потянулась к нему с поцелуем. Он ответил. Нежно так погладил меня по волосам… может, я свихнулась и уже гуляю где-то в саду вечных фантазий? Он смотрит мне в глаза, улыбается и тревожится одновременно:
- Может, ты поешь сначала? Ты почти сутки проспала после введения антидота. Эсти там целый пир для тебя наготовила.
- Только если ты меня покормишь, – в моей фантазии Роджер бы обязательно покормил меня.
Он хмыкнул:
- Давай, помогу тебе сесть.
Тэма сзади уже подкатывала столик с едой.
– Разгильдяйка! – Роджер взял в руки супницу, – Открывай рот!
Нет, я точно в краю своих фантазий. Конечно, Марика, а ты уже поверила, что Энастения могла допустить ошибку?! Имея идеальное оружие?! У меня даже слёзы на глазах выступили.
- Юбля, Марика, только не говори, что горячо! – он попробовал суп, – Безвкусно абсолютно, но не горячо. Так что давай, ешь. Ты нам нужна сильная и здоровая.
Капля бульона, сорвавшись с ложки, растеклась по моему подбородку. Всё так реально, и в тоже время я же сама понимаю, что это сон!
- Ну вот, пара ложек уже хорошо, – Роджер отставил супницу и вытер мне подбородок салфеткой. Не рукой, не рукавом, а салфеткой! Наверное, сейчас я валюсь где-то в подвалах далёкого монастыря, и какой-то чужой мужчина кормит меня… Но мне так приятно видеть перед собой Роджера…
Я снова потянулась к нему с поцелуем. Он снова ответил мне. Зарылся пятернёй мне в волосы:
- Я тоже по тебе соскучился. Юбля! Рысь-путешественница!
В коридоре опять раздались шаги, и в комнату шумно ввалилась Нандрель:
- Морена, сегодня я, что-то типа доктора, так что уж извини, позволяю себе вламываться к тебе в спальню.
Роджер рыкнул:
- И что ты за доктор?
- По части души и психики. Хочу убедиться, что у моего шефа крыша на том самом месте, где должна быть.
Какой интересный поворот фантазии.
Роджер, кивнув, пересел в кресло. А рядом со мной, оседлав стул, приземлилась Нандрель:
- Добрый день, дорогая. Ты помнишь, кто ты, и что с тобой произошло?
- Я ами Армариакка, в Меве хранительница Морена. Меня пленила моя бабка Энастения и хранительница Эдолла с помощью Ар касания... И, кажется, я совсем поехала крышей...
Нандрель нахмурилась:
- Ты почти всё помнишь. А что заставляет тебя думать, что с твоей крышей проблемы?
- Вы.
- Мы? А что в нас не так? – она оглядела всех присутствующих
- Вы говорите, что спасли меня... Это значит, что Энастения допустила ошибку. Это невозможно! А ещё... – я внимательно посмотрела на Роджера, пытаясь сформулировать, что именно в нём нереально. Так хотелось верить во всё в нём сейчас, до последней чёрточки.
- Ооо! Я знала, что очень нужна тебе! - Нандрель проследила за моим взглядом, – Роджер кажется тебе нереальным? Потому что не ругается и не посылает тебя нафиг? Это ненадолго. Он, знаешь ли, тоже немного волновался за тебя. Тебе кажется это неожиданным? Ха! – вдруг она стала серьёзной. – Вот именно это тебя и спасло!
Я перевела на неё взгляд, не понимая:
- Ты не веришь в то, что он может тревожиться о тебе. Ты не учла этого, просчитывая для Энастении, как тихо тебя спрятать. А он, между тем, тревожился. Не просто тревожился. А поднял здесь всех нас на уши. Просто вынудил меня заняться твоими поисками. Денег мне наобещал и море запоминающихся моментов, если я вздумаю отказаться. Вот тебе и ошибка Энастении!
Роджер мог беспокоиться обо мне?
- И ещё одно дополнение, Морена, ты не Хранительница Истины уже шесть месяцев. Эдолла сняла с тебя это звание на следующий день после похищения. Помнишь?
Не хранительница? В памяти всплыли какие-то смутные моменты. С меня срывали платье хранительницы возле алтаря Мевы.
- Ты долго была под сильным наркотиком. Полностью он обезвредится только к концу недели. Так что лёгкая паранойя в твоём состоянии это нормально!
Я совсем запуталась, где реальность, где фантазии. Сама себя запутала. Или это всё-таки реальность? Или…
- М-да... Как-то надо тебя встряхнуть! – она обернулась к стоящей в дверях Тэме и обратилась на неолетанском - Женщина, позови того даккарского мальчика.
Буквально через минуту в дверях появился испуганный Тоби.
- Нандрель, юбля! – Роджер просто взревел, – Какого хрена!...
Нандрель спокойно подмигнула мне:
- Морена, а это нормальная реакция Роджера?
Я смотрела на ещё минуту назад спокойного и презентабельного чертика. Сейчас он просто выражал понятие «ярость». Если бы он мог метать огонь, он бы его метал сейчас. Взгляд чернее чёрного и искривленные губы, извергающие трёхэтажный мат. Безостановочно! Нет, в моих фантазиях мужчины так не ругаются. Даже Роджер.
Нандрель, как ни в чём не бывало, расплылась в улыбке:
- Прости, Роджер, мне нужно было как-то встряхнуть нашу пациентку. Тоби, сгинь! – она опять повернулась ко мне, – Ну что, лучше с ощущением реальности?
Я испуганно кивнула.
- Ну, вот и замечательно! Приходи в себя и не обращай внимания на паранойю, это остатки наркотика в крови.
Она махнула мне ручкой, кивнула Роджеру и вышла. Чертёнок поднялся с кресла:
- Тэма, ты тоже свободна!
Он уселся рядом со мной, на кровать. Запустил руку мне в волосы. Приблизился почти вплотную, глядя в глаза.
- Значит, я кажусь тебе нереальным? Фантазией?!
И не дал мне ответить, заткнув рот поцелуем.
- Надеюсь, это эротическая фантазия! – его глаза хитро улыбались, а руки довольно однозначно расстёгивали пуговицы на моей пижаме. Роджер сам пришёл ко мне?! Он САМ забирается ко мне в постель?!
Роджер:
Анжей остался у меня в доме вместе с Нандрель, пока Марика не придёт в себя. По крайней мере, на пару дней у меня появился соперник для спаррингов. Да и собеседник:
- Ты знаешь, многие братства ведь уже не верят, что нам всё-таки удастся договориться с САП, и потихоньку переводят своих людей на базы подальше от Даккара.
- Но, генерал, таким образом планета окажется голой. Если республика нападёт внезапно, сражаться будет некому.
- Если республика нападёт, мы уже ничего не сможем сделать. Слишком неравные у нас силы. Мы должны предотвратить нападение, потому что отразить его, мы не сможем. Расы, подобные Даккару, республика зачищает известным образом: разносит ко всем чертям их планету проживания. Поэтому… Предотвратить любыми средствами. Другого выхода нет!
Мы некоторое время молчали:
- Договор… Чем больше я вникаю во всё это, тем больше убеждаюсь, что правит такими делами ложь… Генерал, неужели это правда, что и наши «пауки» в таких ситуациях лгут?
Анжей задумался:
- Честь необходимая часть воина. Но иногда, чтобы спасти что-то более важное, под меч подставляется и она. Я знаю мужчин, которые прикрывают своими телами великий Даккар, и знаю таких, кто прикрывает его своей честью. Но я не знаю ни одного воина Даккара, для которого солгать не было бы раной. Я говорю о той лжи, когда человек заведомо говорит неправду. Мудрость - вводить врага в заблуждение, не говоря ни слова неправды, я не считаю ложью.