Он снова молча развернулся и продолжил путь к себе.
Блин! Надеюсь, когда мы наконец победим, и Даккару ничего не будет угрожать, он расслабится и подпустит меня к себе
Роджер:
Дела продвигались хорошо, но медленней, чем мне хотелось. Нет, с признанием Марики Великой, можно сказать, уже никаких проблем не было. Та орава подданных, которые уже перешли под её покровительство, могла смести кого угодно с какими угодно возражениями. Меня напрягали сложности с делами Даккара.
Марика изначально высказала свою точку зрения по отношению к моей родине, и ей вполне удалось отстоять это мнение перед всеми несогласными: «Даккар родственен нам по крови, и мы обязаны защитить его от республики». Хотя мне и не очень нравилась формулировка «защитить», но суть была та, что сейчас так требовалось.
Под давлением Марики, Растенья была вынуждена открыто присоединиться к поддержке Даккара. Арнелет раскололась. Активное преследование и высмеивание даккарцев прекратилось. Теперь нужно было выбить военную помощь.
Мы сидели в большой круглой гостиной в доме Великой ами Гардеоны или, если быть честным, в доме крутого парня Луиса ар Гардеона. Я уже неплохо разобрался с фигурами на политическом поле Арнелет. И уже давно не судил о местных мужиках по внешности. Луис был сильно накрашенным и разодетым дядькой неопределённого возраста с длинной рыжей шевелюрой, уложенной в крупные кудри, в шелках и просто невообразимом количестве перстней. При этом мужик действительно имел мозги и огромный авторитет.
- Располагайтесь с комфортом, беседа нам предстоит не из простых. И, раз уж вышло, что конфликт гнездиться в рамках семьи, я позволю себе говорить напрямую.
Ха, все присутствующие неолетанки его потомки! Две дочери, внучка и правнучка. По традициям Арнелет он вообще может вести себя, как угодно.
- Тема беседы Даккар. Как я понимаю, мои дорогие, Марика и Дани отстаивают позицию призвать САП защищать Даккар от посягательств республики. А Насти и Эрли выступают, чтобы выставить даккарцев из свободных земель. Отсюда вы четверо, должны выйти с единым мнением. Арнелет не должна страдать от конфронтации своих вождей.
Да, я продолжал периодически безответно писать Луису письма. Но дело было не в этом. Пару дней назад он подошёл ко мне на приёме в честь победы людей Марики на очередных выборах:
- Я неправильно идентифицировал тебя, Роджер. Я посчитал тебя варваром, зацикленным на приказах своего командира. Теперь вижу, что ты способен радеть за интересы новой родины и своей ами. Я рассмотрю твой вопрос. На днях соберу всех и рассмотрю.
Не выразить, насколько я был счастлив от такого заявления. Проблема не только грозила в скором времени решиться. Она решалась моими собственными силами, а не Марикой.
Энастения немного поморщилась, оглядывая присутствующих:
- Отец, Даккар разрушает наши традиции. Я опасаюсь за Арнелет. Уже сейчас присутствие даккарцев в свободных землях несёт развращающее влияние на нашу молодёжь…
- Давай избавимся от общих слов.
Энастения поморщилась:
- Мы противоположны по культуре, если нас соединить, пострадают оба народа.
- Милая, что-то я не наблюдаю страданий на лице твоей внучки. Кроме того, даккарцы сыновья Мевы. Никуда дальше земель Мевы они проникать не собираются. С каких пор Арнелет стала бояться мужчин?
Луис явно придерживался точки зрения поддержать Даккар. Это сильно обнадёживало.
- А ты, Эрли, имеешь свои причины или просто выразила солидарность с сестрой?
- Я опасаюсь, что принятие Даккара наложит ограничения на торговлю людьми.
- С какой стати, милая?! Как я понимаю, последние полгода спрос на даккарцев только увеличивается. Кроме того вслушайтесь в заявление Марики: речь идёт о том, чтобы не дать Даккару погибнуть, никакие традиции Даккара, ограничение торговли людьми и так далее не упоминаются. Боги подкинули вам родственную расу. Проявите хотя бы уважение к проделанному ими труду и не дайте этой расе погибнуть!
Энастения усмехнулась:
- Как я понимаю, отец, ты своё мнение уже сформировал?
- Моё мнение останется при мне, – Луис откинулся, используя колени Гардеоны вместо спинки кресла, – Насти, это правда, что ты избегаешь даккарцев в своей постели?
- Они не подходят под мои критерии прекрасного.
- Твои критерии прекрасного никого не интересуют. Ты Великая ами, ум и проницательность Арнелет. Помниться: «Лучший способ понять непонятное – это влюбить его в себя». Или ты уже не согласна с писанием?
Энастения заметно покраснела:
- Я не спорю с писанием. Просто мне хватило мнения Перлиады.
Луис тряхнул кудрями, поворачиваясь к Перлиаде:
- Эрли, ты всерьёз изучила Даккар? Ты использовала Ар?
- Нет, отец.
В комнате повисла пауза. Да! Дядька отчитал двух великих, как подростков. Привилегия родителя! Первой заговорила Насти:
- Хорошо, отец. Я каюсь, что мы с Перлиадой не удосужились изучить Даккар до того, как приняли по нему решение. И я доверяю твоему мнению, потому что ты, как всегда, составил его не на пустом месте. Что, по-твоему, нам следует предпринять?
- Думаю, вам стоит поддержать и пролоббировать среди женщин САП мысль о необходимости удалить угрозу Даккару со стороны республики. Как и в каком статусе вы примете даккарцев потом, не имеет значения. Просто не дайте им погибнуть!
Энастения сдержанно кивнула.
Вот так, судьба миллионных армий Даккара, воинов, перед которыми трепетала ни одна планета, решалась одним словом очень педерастично выглядящего мужика. Юбля! Этот мужик был просто тайным правителем Арнелет! Политика всё больше и больше казалась мне бесконечно запутанным клубком. Но я был рад. Этот разговор был моей первой победой. Моей собственной победой!
В беседу наконец вступила Марика:
- Энастения, Перлиада, если вы приняли решение, возможно, нам стоит огласить его вместе? Причём лучше на Острове богов, и позвать генералов из даккарского представительства.
Молодчина! Пока не оклемались, надо брать тёпленькими.
- Не торопи события, Марика.
- Не вижу здесь торопливости. Парламент республики уже три месяца как мусолит вопрос нападения на Даккар. Любая задержка может стать фатальной. Даже учитывая, что наступление продлиться не одну неделю, обсуждение в парламенте САП тоже не быстрый процесс.
Энастения вздохнула. Интересно, но, кажется, она была привычна принимать решения и за Перлиаду заодно. Потрясные правители!
- Хорошо, Марика. Давай огласим это в пятницу. Вы с Дани как раз успеете собрать кого надо в Кострах.
Глава 27
Марика:
С утра Нандрель прилетела просто сияющая от счастья.
- Морена, у меня аж две радостные новости! Одна твоя.
Она развернула передо мной бумажный вариант одной из основных газет Владык.
«Великая ами Армариакка стремительно берёт под контроль северный материк Селены»
Этот титул, крупными буквами выведенный в заголовке столь пронеолетанской газеты, фактически означал полное признание меня Великой!
- И ещё одна маленькая новость для меня!
Нандрель разложила три газеты, указывая в них на выделенные маркером строки:
«На скорое прибытие Армариакки, как всегда, намекало присутствие вестника самой скандальной ами – мастера Нандрель»
«Морена не присутствовала на конференции, но её вестник в землях Мевы – Мастер Нандрель, сообщила прессе…»
«Нам не удалось задать этот вопрос самой новоявленной великой, но вестник её воли – эми Нандрель, застигнутая нами в перерыве между заседаниями…»
Я улыбнулась. У неолетанок нет конкретного возраста, когда им присваивается имя Мевы. Разные школы имеют разные традиции по этому поводу. Но в одном они едины. Это имя знак признания, известности, достижений. Это имя даётся тем, кого придётся упоминать историкам. Это индивидуальное имя. Оно задумывается так, чтобы ранее его могли носить разве что боги. Мне имя Мевы дали после выхода моей серии книг по Ар. Тогда вся Арнелет и САП обсуждали моё творение. Издательству «Море сознания», очень известному уже на то время, не меньше меня пришлось отбиваться и от нападок, и от благодарностей. Газеты звали меня морской ами. Скандал закончился, когда Энастения вслух признала, что мои работы полезны для Арнелет. А мне официально присвоили имя Мевы – Морена.