Из лесу донесся терпкий запах вереска. Под придорожными кустами таились нежные цикламены. На повороте увидел Андрей пожилую женщину. Она шла, отирая пот со лба и стараясь загнать назад выбившиеся из-под черного платка седые пряди.
— Куда? На Любляну? Погоди, погоди. Успеешь, — успокоила она мальчика.
Андрей нарвал для мамы цикламенов, спрятал их в рюкзак и снова поднялся в гору, чтоб полакомиться черникой. Но черники там уже не было.
Окошко на станции, где продают билеты, еще не открыли. Андрей примостился на пороге зала ожидания и принялся за остатки гречневой каши. Она была не такая вкусная, как горячая, но все же еще очень хорошая. Из-за угла выскочил бродячий пес. Он приветливо помахал мальчику хвостом и с вожделением уставился на красную кружку. Андрей поманил его.
— Мне ложку, тебе ложку, мне, тебе, мне, тебе… — мудро и справедливо делил мальчик.
Пес облизывался и временами повизгивал от удовольствия.
Уже собирались вечерние облака, и ветер путался в каштанах, стоявших у железнодорожного полотна. Подошло несколько пассажиров, и окошко в зале ожидания отворилось.
Вскоре из-за поворота вынырнул поезд. Пес подумал секунду-другую и почему-то решил не ехать в Любляну. Андрей долго махал ему рукой в открытое окно. Когда контролер толстыми клещами ловко проколол ему билет, он решил: «Буду контролером». И положил руку на стоявшую рядом с ним красную кружку.
На люблянском вокзале родные встречали маленького пассажира. Мама первая обняла его, — от него пахло гречневой кашей, солнцем и травой, вереском, чесновицей и цикламенами.
— Попробуй, какую вкусную гречневую кашу сварила мне бабушка, — сказал Андрей и снял с кружки крышечку.
Но красная кружка была пуста.
Когда ее возвратили бабушке, в ней оказался завернутый в блестящую бумагу дедушкин молоточек.
ЮЖНО-АФРИКАНСКАЯ РЕСПУБЛИКА
ЮЖНО-АФРИКАНСКАЯ РЕСПУБЛИКА (ЮАР).
Государство на юге Африки.
Территория — 1221 тыс. кв. км.
Население — 18 833 тыс. жителей.
Столица — Претория (507 тыс. жит.).
Крупнейшие города: Иоганнесбург, Кейптаун, Дурбан.
Алан Пэйтон
ХАЙПЕННИ
Перевела с английского Т. Мелихова.
Рис. Г. Епишина.
з шестисот мальчиков нашей колонии примерно ста мальчикам было от десяти до четырнадцати лет. У нас, педагогов-воспитателей, была мысль отделить их от старших воспитанников и организовать для них нечто вроде ремесленного училища.
Я и мои коллеги видели в этом единственный выход. На самом деле, будь моими подопечными одни малыши, я несомненно смог бы уделять больше внимания их воспитанию. Иногда я потреплю мальчика за ухо, и он признательно мне улыбнется; другой же еще больше нахмурится и еще больше подтянется. Я убедился, что такие маленькие знаки внимания принимают не только малыши; даже подросткам нравилось это. Когда в колонии случались какие-то недоразумения, которые могли вызвать отчуждение между воспитателями и детьми, — этот простой и естественный жест как-то разряжал напряженность и давал понять, что контакт между опекаемыми и нами не нарушен.
Иногда по воскресеньям я брал машину и подъезжал к воротам колонии. Я наблюдал за тем, как ребята, получившие разрешение на выход в город, отмечались в проходной. За этой процедурой жадно следили множество глаз тех, кто не получил этого права.
Среди них всегда было несколько малышей, и я по очереди сажал их в машину, что доставляло им огромную радость. Мы катались по Потчефструм-роуд.
Влившись в бесконечный поток машин, выезжали на поперечные улицы Барагуаната и возвращались обратно на Ван-Уиктрассе-роуд. По дороге я расспрашивал ребят об их семьях, о родителях, братьях и сестрах. Я делал вид, что ничего не знаю о Дурбане, Порте-Элизабет и Кейптауне. Спрашивал, что это за города и каковы они в сравнении с нашим Иоганнесбургом.
Среди ребят, катавшихся со мной на машине, был мальчик лет двенадцати по имени Хайпенни. Его прислали к нам из Блумфонтейна, и он был, пожалуй, самым разговорчивым из всех. Его мать служила экономкой в доме у белых, и у него было еще два брата и две сестры. Его братьев звали одного Ричардом, а другого Дики, а сестер — Анна и Мина.
— Ричард и Дики? — переспросил я.
— Да.
— Как странно, — сказал я. — Ведь по-английски это одно и то же имя!