***
На палубе стоял гул, как и тогда, полтора года назад, когда на каракке появилась новая часть команды. Но в этот раз Кэролайн не спешила выходить из каюты, сомневаясь. Она уже не совсем понимала, что происходит. Экипаж «Сальваторе» просто напросто игнорировал её, предпочитая следовать за квартирмейстером. Что и сказать, Никлаус легко проводил корабли через шторма и бури, отважно вёл его на другие судна. И выходил победителем, позволяя ей забирать лавры себе. Однако Форбс и сама знала, что она всегда руководила абордажной группой и верхней командой, это она приказывала бросать якорь и идти в плохую погоду, пусть и рядом, но с островами врагов. Лишь бы экипаж и каракка не пострадали.
Гул усилился.
Кэролайн, рывком встав из кресла, вышла на палубу.
— Что происходит? Опять разбитый корабль? – гаркнула она, всматриваясь в воды. Но обломков не было видно, зато Клаус стоял в центре палубы и о чем-то оживлённо рассказывал своим слушателям. Это и порождало шум. – Клаус, что происходит?
Однако ответа не последовало. Команда её словно бы не замечала. Пираты продолжали шуметь и подыгрывать Никлаусу, словно бы они были только его командой. Форбс ощутила, как тело начало наливаться злостью и яростью. В несколько ловких прыжков капитан поднялась на капитанский мостик и, вытащив пистолет, выстрелила в воздух.
— Я! Спросила! Что! Тут! Мать! Вашу! Происходит! – гаркнула она с такой силой, что смогла своим голосом перекрыть гул пиратов. Они с непониманием посмотрели в её сторону. – Клаус, какого чёрта?
Продолжила чуть спокойнее Кэролайн, но сохранила злой рык в голосе.
— Это произошло не по моей воле, капитан. — С железом во взгляде ответил Клаус. — Команда требует смены капитана. И я думаю, это правильное решение.
— На основании чего? – Форбс вцепилась в перила на капитанском мостике. – Неужели ты так осмелел, что хочешь меня сместить на моём же корабле?
— Команда требует, Кэролайн. — Безмятежно ответил мятежник. — Ты уже не сможешь больше управлять этими ребятами. Они за меня, love
Капитан выпрямилась и прищурилась.
— Да-а-а-а? А что же мне они в лицо это не сказали? Может, боятся? – Форбс медленно спустилась к квартирмейстеру. Однако команда обступила своего нового капитана.
— Не, он прав, Кэролайн, ты, конечно, хорошо управляла, но... Всё-таки не то это. Ты не сможешь дальше быть с нами. Мы это, доставим тебя до ближайшего порта, а там домой вернёшься как-нибудь.
Один из пиратов попытался протянуть руку к девушке, но в один момент раздался выстрел, за которым последовал вой. В руке у Форбс был второй пистолет, который она носила на бедре. А вот кисть у одного из абордажников была отстреляна.
— Ну раз ты решил меня сместить, то отвоюй у меня это место, дорогой. – Низко прорычала девушка и, сняв с руки перчатку, кинула её под ноги пирату. – Хороший пират не отказывает от драки и не боится смерти.
— Я надеялся, что ты окажешься благоразумнее. — Клаус достал свою рапиру. — С пистолетами или без, Кэри?
— Без. Молись богам, Клаус, чтобы ты быстро сдох. – Абордажница оголила свою рапиру и встала на изготовку.
Резкий укол полетел в голову Клаусу, который моментально отбил клинок в сторону, делая красивый полупируэт, чтобы уйти с линии атаки. Команда моментально ринулась в рассыпную. Несколько матросов сразу же высказали ставки на нового капитана, пока остальные просто болели за Клауса, который решил контратаковать девушку в живот ботинком, но был встречен резким ударом кулака по голени. Удар покачнул Никлауса, и Кэролайн воспользовалась им, нанося режущий удар по животу квартирмейстера. Тому повезло, что отточенные навыки и движение тела совпали в надёжном блоке, благодаря которому, лезвие рапиры капитана прошлось только по оружию претендента. Бойцы отпрыгнули друг от друга, сверля ненавидящими взглядами. Каждый больше не мог думать ни о чём, кроме как убить противника.
Подгоняемые пиратами, бойцы снова сблизились, но уже в клинче. Пересиливать друг друга они не стали, так как честного боя тут быть не могло. Обменявшись несколькими ударами по оружию, Никлаус всё-таки умудрился подгадать момент, пока Кэролайн вложит больше сил в режущий сверху вниз удар и, приняв его на клинок, резко ударил её в живот сапогом. Та отшатнулась, сжимая зубы. Корсет и вставки смягчили удар, но сбили комбинацию. Ей оставалось только отбить два быстрых удара по голове, приходя в себя от удара. Едва боль утихла, как Клаус снова ударил сапогом, но на этот раз пиратка совершила полный пируэт и, крепко держа оружие, подрезала бедро пирату. Тот сморщился и отпрыгнул, но начал хромать. Атака получилась слишком резкой и глубокой. Если бы не прошитые брюки, Клаус мог бы лишиться ноги. Он сжал зубы и медленно начал подходить к ней. Форбс, тем временем, целиком оправилась от боли и снова стала в стойку. Она выжидала, точно зная своего мужчину: он мог долго терпеть, но стоило немного подождать, он забывал о боли. И в этом была его слабость. Капитан начала атаковать с левой стороны, заставляя его опираться на повреждённую ногу. Никлаус понимал это, поэтому просто поворачивался всё время правым боком, стараясь уходить весом на здоровую конечность. В конце концов, ему надоел этот балет, и он сделал выпад. Превозмогая боль, он, крепко стоя на обеих ногах, совершил косой разрез снизу, намереваясь повредить пальцы пиратки. Ему не удалось. Он попробовал ещё несколько раз. Тем не менее, Форбс продолжала парировать его атаки, выбешивая своим ожиданием и хорошей защитой.