— Проверю швы.
— Да? Думаешь стоит? — определенно переборщив с сарказмом, переспросила я, да еще и мину такую серьезную состряпала, самой тошно стало.
Все же отлепилась от косяка и, испытывая какое-то извращенное удовольствие от неконтролируемого злорадства, стянула с себя футболку.
— Это что за на…ер? — шагнув в мою сторону и явно находясь в крайней степени замешательства, док кончиками пальцев дотронулся до воспаленной и припухшей кожи. — Давно оно в таком состоянии?
— С утра. По крайней мере когда проснулась, оно уже было воспаленным и жутко болело.
— Скобы сама снимала? — не отрывая взгляда от разошедшихся швов, поинтересовался док.
— Да, — равнодушно ответила я. Злорадство как-то само собой затихло, оставив мне усталость и мою вечную не проходящую боль. Хотела натянуть обратно футболку, но Антон схватил меня за руку.
— Пожалуйста, не шевелись некоторое время, — и взгляд темных глаз такой серьезный.
— Ладно, — я даже кивнула.
— Повтори, как давно ты получила эту рану?
— Около года назад, — припоминая, когда именно, ответила я.
— И все это время рана не затягивается?
Я кивнула. Вопросы дока меня начали напрягать. Не люблю вспоминать о том времени, когда это все началось. Моя личная трагедия совпала с трагедией целой планеты… Но вопреки нежеланию мысли вернулись в тот вечер, когда я случайно стала свидетельницей явления первого вестника гибели человечества… тритос.
Мразь. Его лицо, созданное по какой-то злой иронии мной и потому запечатленное с точностью педантичного маньяка в моей памяти, сейчас вынырнуло из самых темных глубин сознания, заставив вздрогнуть от неожиданности. И это воспоминание болью отозвалось в самом центре груди и живым огнем зашевелилось под кожей.
— Что это? — голос мужчины вывел меня из ступора.
Я опустила глаза и зашипела. Из трещины между разошедшимися рваными краями искалеченной плоти лилось тусклое голубоватое свечение.
(Вернулось). - только и успела подумать я, а док уже дотронулся кончиками дрожащих пальцев до светящейся раны и, что совершенно неожиданно, отлетел в противоположную сторону, впечатался в стену и рухнул на пол, куда-то за торчащий обломок бетонной плиты обвалившегося когда-то потолка.
От накатившего чувства обреченности закрыла глаза, а когда открыла передо мной маячил полупрозрачный размытый силуэт.
— Темный бог? — и почему я уже не удивляюсь?
Но силуэт ничего не ответил. Только заклубился дымом и по-хозяйски, не спрашивая моего разрешения, втянулся через нос в мое тело, вызвав приступ кашля.
(Вот и снова все в сборе. Прелесть.)
К тому моменту, как я, наконец, прокашлялась, Антон пришел в себя и, поднявшись на ноги, с недоверием глядел на прослезившуюся меня.
— Что это было? — рассматривая свои почерневшие пальцы, спросил мужчина.
— Побочные действия конца света, — пробубнила я, одевая измятую футболку. — Ладно. Полагаю, твои услуги мне больше не понадобятся. Хотя, — я замолчала и оценила вменяемость все еще ненормально бледного мужчины. — Может у вас в убежище есть обезболивающие?
Док рассеянно кивнул, а я решила договориться, пока все так удачно складывается.
— Я зайду, когда у меня кончаться?
— В любое время. Я уже говорил.
— Ладно. Значит, договорились.
И не дожидаясь ответа, вышла из полуразрушенной квартиры. Мне там не нравилось. Прошла в ту, где жили дед и его внучка. На пороге меня встретил парень. Высокий и худой, весь какой-то нескладный. Он порылся в кармане своей мешковатой куртки и протянул мне темный брусок. Я взяла это что-то похожее на шершавый камень, который оказался неожиданно тяжелым.
— Что это? — рассматривая камень, спросила я.
— Шлифовальный брусок. Он для вашего меча.
— Ооо, спасибо большое, — широко улыбнулась я, впечатлившись неожиданным приобретением. На что парень смутился и уже хотел уйти, когда я вдруг вспомнила:
— Блин, а меч-то где?
И развернувшись, побежала к лестнице и вниз на один этаж туда, где состоялась наша непродолжительная схватка за жизнь, но там моего оружия не было. Пытаясь вспомнить в какой именно момент я его выронила, стояла возле закрытых дверей лифта и руками взъерошивала свои и без того торчащие в разные стороны волосы.
— Может, он упал в проем между перил? — предложил спустившийся за мной парень.
— Мог, — разочарованно протянула я и поплелась к лестнице, чтобы начать свой долгий спуск. Кто знает, меч мог долететь и до первого этажа…
— Я посмотрю, — пообещал парень, обгоняя меня.