– Откуда ты знаешь про мою бабушку? – вновь удивлённо спросила Энн.
Эдгард лишь улыбнулся и не ответил.
– Анни, стань одной из нас! – продолжал он. – Таких, как твои друзья – миллионы. Они не более чем способ утолить голод. А ты – единственная. Приди ко мне! Раздели со мной моё одиночество, и другие станут мне не нужны. Если ты пожелаешь, я даже отпущу тех, кто ещё жив. Мне не нужен никто, кроме тебя, Анни. Сделай выбор, моя мудрая бесстрашная девочка! Но не ошибись, будущая Владычица Шрекен Шлосс!
– Ты безумен! Я никогда не соглашусь добровольно стать убийцей!
– Да, сейчас тебе всё это кажется ужасным… Но, поверь, когда ты переступишь грань между жизнью и смертью, всё станет иначе. Верь мне, о, моя Королева Света! Испив Тьму и Вечность, ты уже никогда не пожелаешь вернуться в мир смертных.
– Отпусти меня! – повторила Энни.
– Анни, жизни твоих друзей на кону в этой игре. Скажешь «да», и они обретут свободу. Откажешь мне, и… Не зли меня! Ты ведь понимаешь, что будет, если ты ранишь меня неправильным ответом. Повторяю, согласишься на мои условия – я отпущу тех, кто ещё жив. Торопись! Мои дети голодны этой ночью, каждый миг твоих размышлений может стоить жизни кому-нибудь из твоих друзей. Решайся, Анни! – промолвил вкрадчиво Эдгард, приближаясь к девушке.
Энни вытянула перед собой крест.
– Я тебя и оттуда прекрасно слышу, так что держись подальше от меня! К тому же… нет нужды продолжать эту болтовню. Послушай теперь ты меня! Я не верю ни одному твоему лживому слову, ни на какие твои условия я не соглашусь. Тем более что я уверена, ты всё равно обведёшь нас вокруг пальца и не оставишь моих друзей в покое ни при каких обстоятельствах. Прошу прощения, граф, но верить вам, выше моих сил!
– Я был искренен с тобой, – просто сказал Эдгард. – Ты всё равно будешь моей, если не по собственному желанию, то против воли. Ты умрёшь этой ночью, как и все остальные, и возродишься снова, Вечной Узницей Шрекен Шлосс. А могла бы стать его Королевой! Ведь я так хотел, чтобы всё было иначе. Жаль! – голос его стал мрачным, ледяным, как ветер студёной зимы. – Ты сама виновата…
Джон, Дженни и Тина появились неожиданно с трёх разных сторон, просто материализовались из ниоткуда. Они окружили Анну, тянули свои мертвенно-бледные когтистые руки к ней, скалили отвратительные пасти.
Энни собрала в кулак всю свою силу, всю волю. Ей было страшно, как никогда в жизни, но она знала, что должна выстоять, что бояться нельзя, ибо страх парализует волю, паника помешает мыслить, сделает слабой. И тогда точно погибнут все.
Она должна победить!
Расправив в руках цепочку, Энни шагнула вперёд и накинула крест на шею Дженнифер. Дженни замерла, с диким ужасом наблюдая, как по ней расползается белое сияние. Она успела исступлённо закричать, прежде чем исчезла с лица земли.
Энни же подскочила к столу, схватила подсвечник. Но тут опомнилась вторая вампирша.
– Я скучаю по тебе, подружка, – усмехнулась Тина. – А ты? Не ломайся! Ты не знаешь, что теряешь… Такого мужчину, как Эдгард, среди сопливых малолеток, с которыми ты зналась, не отыскать днём с огнём!
– С огнём, говоришь? – с такой же усмешкой ответила Энни. – Может, я не разглядела в темноте? Добавим света!
Энн двинулась на вампиршу, атакуя подсвечником как шпагой. Тина скалилась, но отступала всё дальше и дальше по мере приближения огня.
– Убирайся! – крикнула Энни и ткнула в бывшую подругу огнём.
Чудовище закричало и, вспыхнув, бросилось прочь, не устояв, упало на окно. Стекло с гулким звоном разлетелось, и Тина улетела вниз.
Анна едва успела увернуться от падающих осколков. На ходу она подхватила крест, единственную вещицу, оставшуюся после исчезновения Дженни. Сжимая в одной руке распятие, а в другой подсвечник, она обернулась к Джону.
Шипя, как рассерженный кот, вампир исчез, будто его и не было. Энни бросилась к двери.
– Видишь, – услышала она за спиной бархатный голос Эдгарда, – особая сила есть в тебе! Никто другой не сделал бы сейчас то, что удалось сделать тебе. Никто не может противостоять сразу трём вампирам. Ты непременно должна быть моей. И ты будешь! Потому что при всей твоей силе и неустрашимости, Анни, со мной тебе не справиться.
Когда Энни обернулась, графа уже не было.
Анна коснулась крестом двери. Уже привычное белое сияние охватило тёмное дерево, когда оно исчезло, девушка без труда открыла дверь. Энни поспешно выскочила из этой комнаты, боясь, что капкан снова захлопнется. В коридоре налетела на Линду.