Фронтон поморщился, но продолжил:
— …украшение сегодняшнего дня! Кто вы думаете?
— Чё так мало!
— Это Аякс-великан — оплот и защита ахейцев! Вот он сам, со щитом необорным своим семикожным, дышащий бурною славой!
— Аякс!
— Порви его!
–… против «фракийца» Пруденция!
Ферокс открыл клетку.
— Выходи, парень.
Пруденций, бледный, спрыгнул на землю.
— Спокойно, — добавил Палемон, положив руку на плечо гладиатору, — бодрее двигайся. Аяксом не назвали бы подвижного бойца. Он силён неподъёмным щитом семикожным, который там славят, а не скоростью.
Пруденций надел бронзовый шлем с грифоном на гребне.
На орхестру-арену первым вышел мирмиллон Креонта. Действительно, невероятно здоров. Щит у него, правда, был не таков, какой воспевал Гомер. Обычный легионерский скутум.
Появление Пруденция толпа встретила свистом — многоопытные в зрелищах обыватели раскусили «фракийца» в одно мгновение. Боится.
По рядам зрителей покатилась волна негодования.
— Откуда такого вытащили?
— Смотри-смотри, это не лужа под ним?
Пруденций вступал на каменные плиты так, будто к каждой его ноге привязали гирю весом в талант. Шаркающей походкой, едва не на полусогнутых.
Мирмиллон ожидал расслабленно. Тяжеловес, настоящий откормленный «ячменник». Да уж, явно не тирон, тот бы просто не успел наесть столько сала на пузе.
Пруденций приблизился.
— Начинайте! — взмахнул рукой Фронтон.
Вальяжный мирмиллон, однако, не стал красоваться далее и положил подбородок шлема на верхнюю кромку щита. Тот прикрыл всё его массивное тело до коротких понож.
Пруденций приближался очень осторожно. Он попытался отдалить от себя мирмиллона наложением щита. Со скутумом у него получилось бы успешнее, чем с более короткой пармулой.
Аякс бросился вперёд, едва не сбив фракийца с ног. Меч змеёй метнулся в ноги Пруденцию, скользнул по поношу, вспорол обмотку на ноге. «Фракиец» спасся, проворно отскочив. Мирмиллон продолжил напирать, как взбесившийся слон, уколол в шею, Пруденций отбил клинок щитом, после чего разорвал дистанцию, отпрыгнув на три шага.
Толпа разочарованно загудела.
— Убей труса! Рази его!
Пруденций побежал вокруг мирмиллона, зрителям это ещё меньше понравилось, в него полетели огрызки яблок, а одно из тухлых яиц смачно разбилось о шлем.
Театр взорвался хохотом и принялся рукоплескать бросавшему.
А на обмотке левой ноги «фракийца» проявилось багровое пятно. Он начал прихрамывать.
Мирмиллон приближался.
Пруденций, несмотря на рану, вдруг принялся «раскачивать» противника. Он перемещался перед ним непредсказуемыми скачками, рывками.
— Давай, «грифон»! — раздался чей-то неожиданный возглас.
Мирмиллон разозлился, вытянул вперёд щит горизонтально, пару раз толкнул Пруденция кромкой, вынуждая отступить. Попытался снова пройти в ноги. Неудачно.
Толпа совсем завелась и требовала более активных действий от обоих.
Мирмиллон давил, «фракиец» пятился. Кровь капала на плиты орхестры.
Палемон сжал зубы. Ферокс сплюнул и выдал свой вердикт:
— Покойник.
Аякс, зарычав, ударил кромкой щита в голову «фракийца», попал прямо в грифона. Пруденций покатился в одну сторону, а слетевший шлем в другую.
— Убей труса! — скандировали добрые обыватели, лавочники, ремесленники.
— Убей! Убей!
Пруденций поднялся, затравленно огляделся.
Мирмиллон неумолимо приближался.
«Фракиец» стиснул зубы. И тут Палемон отметил, что взгляд его гладиатора стал более сосредоточенным, осмысленным. Хотя от лица вся кровь отхлынула.
Пруденций вновь побежал вокруг Аякса посолонь, тот разворачивался вслед и рычал.
«Фракиец» резко бросился в противоположную сторону, почти сразу прыгнул влево и, пока тяжеловес поворачивался, вновь вправо и своей сикой таки достал противника. В обвод щита. В спину. Кривая фракийская сика прямо-таки создана для подобных уколов. Мирмиллон выгнулся от боли, взвыл. Неловко махнул мечом с разворота. Это было уже бесполезно. Проворный Пруденций подрезал ему голень, а потом ударил снова. Опять в спину.
— Получил! — орали в восторге зрители, даже те, кто совсем недавно жаждал крови «фракийца», — и ещё!
Аякс рухнул на колени и завалился набок.
Театр затих. А потом взорвался от восторга.
— Сукин сын! — верещал Креонт, — членоед жоподраный! Ты что натворил?!
Помпоний, сияя, утирал пот со лба. Повернулся к доктору и с видом знатока заявил: