Вдова рассеянно слушала Миррину. Служанка щебетала, как птичка, перечисляя, что она успела сделать по хозяйству. Софроника не вникала в суть. Так приятно просто посидеть в саду возле имплювия, наслаждаясь прохладной тенью и ароматом цветущих роз. И читать книгу, восхищаясь остроумием писателя.
Жаль его, конечно. Но зачем было связываться с Нероном и его компанией? А «Сатирикон» можно открывать с любой страницы, хоть с середины, и развлекаться, читать о нравах нынешнего мира. Правда, некоторые, скорее оторопь вызывают. Вчерашний симпосион изрядно расшатал её нервы, а если бы получилось нечто вроде пира у Трималхиона, то и вовсе пришлось бы как следует напиться, чтобы выбросить это из памяти. И вымыться.
— Утром принесли из лавки два куска тонкой льняной ткани, из Египта. А на ней пятно, будто пыль осела. И нитки расходятся, как на сите! Совсем чуть-чуть, но я рассмотрела! Я назад вернула, и сказала купцу, что в следующий раз у него ничего не купим! — докладывала девушка.
— Молодец, — похвалила её Софроника.
— А ещё я слышала, что теперь духи и все другие благовония подешевеют! Будут стоить сущую мелочь!
— Какие ещё неожиданные плоды принесёт победоносная война и присоединение новой провинции, даже удивительно, — усмехнулась Софроника.
— А в библиотеке я всё убрала! И в лавке тоже! Там теперь так чисто! Блестит всё!
— Отлично! Надо следить за чистотой!
— Спасибо, госпожа! Я могу сегодня после обеда пойти в термы?
— Миррина, женщине пристало ходить в баню утром.
— Ой, ну там всё равно и утром мужчины.
— Ладно, иди.
Софроника благосклонно кивнула служанке и вновь открыла книгу. По опыту Миррина знала, как только хозяйка погрузилась в чтение, разговаривать с ней дальше бесполезно. Но она добилась того, чего хотела. Софроника согласилась отпустить её, и теперь можно идти в гости к Луцию.
Вдруг Софроника побледнела, она будто перестала замечать и Миррину и всё вокруг. Белая, как полотно, женщина сидела и беззвучно шевелила губами. Будто с кем-то невидимым разговаривала. Даже книгу из рук выпустила.
Кодекс упал на плиты перистиля, ленточка из дорогущего шёлка очутилась в лужице, что появилась после утреннего полива роз.
Миррина ахнула, так это было неожиданно. Хозяйка отличалась крепким здоровьем, до сих пор она не замечала за Софроникой каких-либо хворей. А тут будто с ней удар случился.
Служанка не успела толком сообразить, что ей следует делать, как Софроника очнулась от странного оцепенения.
Она поднялась со скамьи, мрачно поглядела на девушку и сказала суровым, совершенно не подходящим женщине, тоном:
— Сегодня я запрещаю тебе выходить из дома! Это может быть опасно! Сиди в своей комнате и не смей меня беспокоить!
Миррина недоумённо и испуганно хлопала ресницами.
Софроника на мгновение задумалась, в потом вновь заговорила:
— А мне надо отдохнуть. Что-то разболелась. Так что сиди у себя тихо и не высовывайся.
— Опасно? — пролепетала девушка.
— Да, — строгим голосом подтвердила вдова, — но ты не пугайся, дома ничего плохого не случится. На улицу ни ногой!
Софроника решительно зашагала прочь. Миррина с перепуга стояла столбом, так поведение хозяйки отличалось от её обычных привычек.
И тут поняла, что сегодня на свидание к Диогену она не попадёт. Что же делать? Нельзя упустить такого привлекательного мужчину!
Решение нашлось само собой. Не зря же Софроника выучила её грамоте! Свиданию быть!
* * *
…Скрета висел на Палемоне, как молосский волкодав на спине медведя. Оба рычали.
— Остановитесь! — крикнул Афанасий, прибежавший на шум.
Не послушались.
Палемон вывернулся из захвата и отшвырнул Тзира. Тот упал спиной на стол. Дерево хрустнуло. Пожилой воин скатился на пол и нащупал рукоять фалькса. Вскочил.
Палемон снова подхватил скамейку и отразил удар. Клинок застрял и Палемон вывернул его из пальцев Тзира.
— Прекратите! — орал Афанасий.
— Это дру-у-уг! — размазывал слёзы по щекам Дарса.
Тзир пробил в голову левой, и сразу правой. Оба удара ушли вскользь по подставленным рукам Палемона, тот ответил и, наконец, попал.
Тут драка и закончилась, потому что пожилой воин рухнул, как подкошенный.
Палемон тяжело дышал.
— Ничего себе дедок… Какой шустрый…
Дарса бросился к поверженному Скрете, обнял и протянул к Палемону руку, раскрытой ладонью вперёд.