В первую очередь я, конечно же, подошла к Жану и утонула в его объятиях, вдыхая древесный аромат его парфюма. Вероятно, с его помощью вампир пытался скрыть свой запах. Мне не было точно известно, как именно пахнут эти существа для них же самих, но я предполагала, что это совсем не похоже на то, как звучит человеческая кожа. Мужчина коротко чмокнул меня в макушку. Откуда-то со стороны раздался тихий сдавленный смешок. Сперва мне показалось, что это в очередной раз был Игорь, но он молчал.
— Я-то думал, откуда ты всё знаешь о вампирах, — низким бархатным голосом заговорил Миша, — и откуда у нас тут собралась такая большая компания, а оно, оказывается, вот что. Лиза, ты влюбилась в этого француза? — строго, почти отчитывая, спросил он.
— Можно подумать, ты с собой притащил этого немца не из симпатии, — язвительно передразнила я, прекращая обнимать Жана, но не отходя от него.
— Меня зовут Ганс Хоффман, — раздраженно представился юноша. — И я хочу, чтобы вы все называли меня по имени, без указания на мою национальность, к тому же она названа не совсем точно.
— Ну-ка, удиви меня, — усмехнувшись, перебил его месье де Сен-Лари. — Твоя внешность характерна для северных немцев. Прямые русые волосы, светлая кожа, хотя у вампиров она всегда достаточно бледная. Угловатые строгие черты лица. Средний рост. Проницательные голубые глаза. Скажи, в чём я не прав?
— В том, что мой дед — швед, а бабушка — немка. Мой отец родился в Берлине, а мать — в Тель-Авиве, — невозмутимо объяснил Ганс.
— Так, погоди, — вмешался в разговор двух вампиров Миша, — твоя мать — еврейка, но ты планируешь стать священником? Всё так и должно быть или я чего-то не понял.
— И не поймёшь. Они вон живут неизвестно, какой век, конечно, тут мозги расплавятся, — рассмеялся Игорь.
— Мне триста два года, — снова пояснил Хоффман.
— И все три века ты такой зануда? — не унимался Чернов.
— Не переживай, ты со своей искромётностью столько не проживешь, — съязвил в ответ ему Жан.
Дальше парни продолжили разводить бабий базар и обмениваться различными колкостями. Ганса коллективно записали в евреи, хотя тот активно отнекивался, говоря, что он метис и у него нет национальности, как таковой. Месье де Сен-Лари прилетело за разноцветные наряды. Шутки в его адрес были разнокалиберные: от волнистых попугайчиков до сравнения его предпочтений с голубым небом над Парижем. Миша просто остался рыжеволосой дылдой, а Игорю поочередно угрожали все присутствующие, потому что своим низкопоясным юмором он уже успел изрядно вывести всех нас из и без того хрупкого душевного равновесия.
— Так, стоп! — громко сказала я, чтобы меня все слышали. — Девочка здесь вообще-то только я! Хватит сплетничать, как бабки у подъезда! — Переведя дыхание, я продолжила уже спокойным голосом. — Миша, зачем ты хотел встретиться?
— Нужно изменить отношение Свята к вампирам, — ответил парень, став заметно серьёзнее. — И это в интересах всех присутствующих.
— Да, — поддержал его Ганс, — не все мы чудовища и не все убиваем людей. Можно просуществовать и на донорской крови, хотя иногда действительно необходимо пить тёплую прямиком из человеческих вен и артерий. Правда, для этого необязательно убивать. Верно, Жан?
— Верно, — кивнул француз, — этот город давно бы вымер, не будь это так, за всё то время, что я здесь живу.
— Это прекрасно, но вы забываете, что есть одно «но», — напомнила я.
Все внимательно посмотрели на меня. В порыве эмоций мы совершенно не учли одну маленькую деталь. У нас был Игорь, которого сейчас по всем окрестностям разыскивает Слава, даже не догадываясь, что тот преспокойненько гуляет по ночам, пьёт кровь и спит в гробах. И это не считая тёти Лены, которая трепетно ждёт, когда же её сын наконец найдётся, а он этого делать явно не планировал. Ему и так прекрасно жилось в его новом бессмертном обличии.
— Что, Ма Шер, что мы забываем? — спросил Жан.
— Игорь. Свят приехал в город из-за него, — я указала пальцем на Чернова, и все уставились на него.
3
За три дня охотник так и не смог выйти на след новообращённого. Мы тщательно скрывали всю информацию, какую только могли, хотя не сказать, чтобы это было необходимо. За всё это время Звягинцев вышел на контакт с нами лишь единожды и то ради того, чтобы уточнить, не угрожал ли мне вампир, преследовавший меня. Не могла же сказать, что в конце рабочей недели у меня свидание с ним? Так вся наша компания и молчала, словно воды в рот набрав. Ганса Славка видел только один раз, и то мельком, и не успел догадаться о его истинной сущности, но это была забота уже Миши. Он следил за тем, чтобы его новый друг скрывал свой необычный аксессуар, выдающий его природу.