— История Кассиопеи показывает, к чему может привести тщеславие, — резюмировал Жан, не отводя взгляда от неба.
— Думаю, она заслужила это, — прокомментировала я.
— Её можно понять, — задумчиво произнёс мужчина, заглянув мне в глаза и заправив прядь моих волос. Его голос стал тише и нежнее. — Я, например, считаю, что ты намного красивее и Андромеды, и любой нимфы. Tu es l’amour de ma vie. Je suis fou de toi[6].
С этими нежными словами он внезапно повалил меня на мягкий плед, нависнув сверху. Блондин изучал меня своими светящимися в только наступившей ночи лазурными глазами, загадочно улыбаясь. Он не приближался, но моё терпение уже давно закончилось. Я бесцеремонно притянула Жана к себе и жадно впилась в его губы. Они были теплее, чем обычно, видимо, из-за вина, разгорячившего кровь вампира, но всё ещё достаточно холодными, чтобы моё тело покрылось мурашками. Мужчина прижался ко мне, углубляя поцелуй и проталкивая свой язык к моему. Моё сердце бешено колотилось в груди, дыхание стало рваным и прерывистым. Мы не замечали ничего вокруг, кроме друг друга, став единым целым. Даже сработавшая сигнализация у припаркованной внизу машины не могла нас отвлечь. Если бы на улице не было так холодно, вероятно, одними поцелуями этот вечер не закончился бы.
Неожиданно мир перед моими глазами стал расплываться. Меня качало, словно мы были не на крыше неподвижного здания, а на разрезающем морскую гладь корабле. Грудь сдавило чем-то тяжелым, стало трудно дышать. Неожиданно даже для самой себя я оттолкнула Жана и захрипела. Мне казалось, что кто-то включает и выключает свет. Вспышка. Тьма. И снова яркий, ослепляющий луч, но его тут же выключали. Я падала куда-то в темноту. Давненько не доводилось мне быть Алисой, путешествующей по кроличьим норам. Вероятно, это алкоголь так повлиял на меня.
— Лиза… Лиза, что с тобой? — это было последнее, что я услышала, прежде чем потеряла сознание.
4
На улице всё ещё была ночь. Мне дышалось легко и свободно. Больше ничего не мешало. Очнулась я где-то в лесу или в поле — так сразу и не разобрать. Я приподнялась на локтях и огляделась. Наверное, это Жан спустил меня с крыши, но мне всё ещё было непонятно, где мы находимся. Или не мы? Почему-то я была одна, рядом никого не было, но я знала, что любимый не мог бросить меня одну на улице. Не для этого же он искал меня столько лет.
Луна освещала землю. В воздухе витал аромат цветов и влажной травы. Ночное небо было покрыто россыпью звёзд, и их здесь было в разы больше, чем я когда-либо видела в своем городе ночью. Тишину нарушал только шелест ветра и далёкое уханье совы. В лунном свете можно было различить очертания колосьев, колышимых ветром. Всё-таки это было поле, причем месяц был июль. Никак не начало октября. Я ничего не понимала и точно была тут впервые, но это место всё равно казалось мне каким-то смутно знакомым. Несмотря на неизвестность происходящего и несостыковку со временем года, мне было здесь спокойно и уютно.
Тут на краю поля появилась фигура человека. Он шёл, словно тень, скользящая в ночи. В темноте я не могла различить лица незнакомца, но я должна была узнать, что это за место. Мужчина удалялся, даже не замечая ещё одного присутствующего на этом поле человека. Ну ещё бы. Моё тело лежало в высокой траве, и только голова немного выглядывала над колосьями. Я поднялась и последовала за неизвестным. Мои попытки окликнуть его не дали никаких результатов. Каким бы громким ни был мой голос, незнакомец не слышал меня или не хотел реагировать. Не придумав ничего лучше, я просто следовала за ним.
Впереди показался костёр. Наконец, мне удалось разглядеть идущего впереди мужчину. Он был одет в плотно облегающий жакет, рубашку без рукавов и льняные широкие брюки, заправленные в летние сапоги. Светлые волнистые волосы были собраны в низкий хвост и перевязаны атласной лентой. Пусть я и видела его только со спины, он казался мне ужасно знакомым.
Около огня на тканом одеяле сидела женщина в платье, украшенном вышивкой и кружевными оборками, с широкими рукавами, пышной юбкой, корсетом и глубоким декольте. Рядом с ней лежал чепец в цвет платья. В темноте я плохо различала оттенки, но могла поспорить на что угодно, что жакет мужчины был зелёным, а платье его спутницы — голубым. Её волосы были заплетены в длинную русую косу.