— А разве вампиры способны выживать прямо в любых условиях? — вдруг спросила я немного коряво, когда мой спутник вновь откинулся на спинку своего стула. — Ты же говорил, что вы способны и стареть, и умирать?
— Почти, — помрачнев, кивнул месье де Сен-Лари. — Это наше проклятье: когда хотелось бы умереть, приходится жить и выживать.
— Разве тебе хотелось когда-нибудь умереть, будучи вампиром? — удивилась я.
— Да, к сожалению, да…
2
После смерти отца Марго счастливые возлюбленные действительно сбежали. Девушка — от своей матери, а парень — от брата и наставника. Они и впрямь отправились путешествовать по Европе, первым делом отправившись в Англию. Однако Жан не торопился делать бессмертной свою избранницу. Пара решила, что сначала они обвенчаются в самой красивой церкви, которую только встретят в своём путешествии, — но они ещё не знали, насколько коротким бывает счастье.
— И всё-таки я уверена, что самые красивые церкви у нас, в Париже, — по-детски наивно утверждала Марго. — Может, вернёмся?
— Что ты, Любовь Моя? Мы же хотели повидать мир, — настаивал Жан.
— Это ты хотел повидать мир, а я хотела выйти замуж и родить детей, — качала головой девушка.
Этого парень ей обещать не мог. Будучи бессмертным, он не мог воспроизводить потомство, но он хотел провести вечность со своей любимой женщиной, а та с каждым днём становилась всё мрачнее, словно грозовая туча. И только в Лондоне влюблённые познакомились с врачом, который искал лекарство от рака для своей умирающей матери. Точнее, Марго познакомилась с супругой лекаря. Это немного развеселило её. Обретя друг друга, дамы стали общаться и часто проводили время вместе. Их с Жаном полюбили и звали на все приёмы в доме доктора Уоллиса, но там не могли заметить одну большую странность возлюбленных: невеста всегда приходила в гости вовремя, а вот жених каждый раз ссылался на дела и появлялся только после захода солнца.
— Прошу прощения, совсем замотался с этой работой, — снова оправдывался Жан. — Мы с моей Марго хотим провести пышную свадьбу и купить большой дом, чтобы нарожать много детишек. Вот и приходится крутиться от зари до зари.
И все ему верили — или только делали вид, что верили? Но вот однажды случилось то, чего не ждал никто. Врачеватель пригласил Жана без его спутницы, мол, проводит «мужской вечер», и потому дамы должны остаться дома. Предполагалось, что гости будут пить дорогой виски, играть в покер и дымить импортными сигарами. Не ожидая никакого подвоха, француз согласился и прибыл в то же время, что и обычно.
— Моя невеста приболела, — пояснил он своё опоздание. — А наша горничная отпросилась на день рождения к кузине — пришлось ждать её возвращения.
Но, увы, в этот раз никто в его байки не поверил, как, возможно, не верили и раньше, лишь поддакивая из уважения. В доме доктора Уоллиса было действительно много мужчин, но все они ждали только одного — главного героя этого вечера. Они разом набросились на вампира. Тот пытался сопротивляться. Один нападавший отлетел спиной на открытый рояль, разломав жизненно важную часть инструмента в щепки. Кто-то был укушен в плечо и, вопя, зажимал кровоточащую рану. Глаза парня светились в темноте, а он даже и не подозревал, что именно они его и выдали.
— Да что здесь происходит? — злобно крикнул он, отпихивая от себя очередного господина, пытавшегося ударить его деревянным стулом по затылку.
Врач подкрался к вампиру со спины, резким движением воткнул иглу ему в шею и ввёл какое-то лекарство. Так что, когда измотанный дракой Жан оттолкнул его, было уже слишком поздно. Препарат начал действовать. Француза замутило и вырвало кровью, которая успела попасть в его желудок, когда он укусил того мужчину за плечо. Рвало вампира недолго: уже через мгновение в его глазах потемнело.