— Подойди ко мне, дитя, — хрипло произнесла пожилая Марго.
И я, как загипнотизированная, подошла. Она указала мне на свою кровать, предлагая присесть на её край. Что-то внутри меня подсказывало, что возражать ей не стоило. И я опустилась на простыню в ногах женщины. Ещё какое-то время она изучающе смотрела на меня. Девчушка повозилась в кресле, но не проснулась. Мне казалось, что это была и моя внучка тоже.
— Давно уже я не видела это лицо, — с приятной улыбкой ответила француженка. Она говорила на своём родном языке, в этом нет сомнений. — Ты такая же красивая, какой когда-то была я, только волосы другие. Что ты сделала с ними?
— Покрасила, — неуверенно ответила я.
— Чтобы не быть похожей на меня? — спросила Марго, и я, слегка смутившись, кивнула. — Хитро, я бы так же поступила. Мы похожи куда больше, чем ты думаешь. Мы — один человек.
— Но почему ты видишь меня? — не удержавшись, спросила я.
— Всё просто, милая, — вздохнув, начала она, — я умираю. В момент рождения и смерти людям свойственно помнить свои прошлые и будущие жизни, а потом всё забывается, чтобы мы могли прожить всё заново. Жизнь была бы слишком проста, если бы мы проходили её с уже полученным опытом.
— Почему ты не дождалась его? — разозлившись, выпалила я. — Он ведь… он…
— Не мог прийти? — склонив седую голову набок, спросила женщина. — О, я знаю об этом. Видишь ли, я сейчас немножко волшебница и могу читать твои мысли. В твоих глазах я вижу не своё, а твоё прошлое. И уже знаю, почему он не смог прийти, но он ещё придёт. Через пять лет. Анжелика сообщит ему, что я умерла. Его сердце будет разбито.
После этих слов и в моей груди заныло. Страшно даже представить, что испытал Жан в тот момент. Как было ему больно. Она не просто не дождалась его, но даже не смогла с ним попрощаться. Хотя, возможно, так было задумано свыше. Ведь если бы он простился с Марго как полагается, то, вероятно, не стал бы искать меня, но наверняка этого уже никто не узнает.
— Но у него ведь теперь есть ты, — продолжала старушка, её лицо снова озарила приятная улыбка, — и он может наконец-то быть счастлив. Скажи мне, какой он?
— Он взрослый, серьёзный мужчина, он заботится обо мне, он…
— Хороший? — перебила она меня.
— Да, — кивнув, продолжила я, — но меня пугают его перепады настроения.
Это была чистая правда. Иногда мой возлюбленный выходил из себя, и гнев превращал его в дикого зверя, стирая всё человеческое из его сознания. Во время приступов ярости Жан словно переставал быть собой, становясь ужасным кровожадным монстром. Мне становилось жутко видеть его таким. Возможно, мне просто не стоило забывать о том, что он уже более четырёх веков не был человеком, хоть его разум и остался при нём.
— Он любит тебя, а значит, никогда не причинит тебе зла, — твёрдо сказала Марго.
— А тебя? — спросила моя вновь пробудившаяся ревность.
— Ты и есть я, — улыбнувшись, ответила женщина. — Я — твоё прошлое, а ты — своё настоящее и будущее. И этого никто не сможет изменить. Ты одна из немногих, кому повезло вспомнить свою прошлую жизнь, а Жану — узнать тебя ещё несколько веков назад, — она сделала короткую паузу и затем продолжила: — А теперь придвинься ближе ко мне.
Не совсем понимая, что она от меня хочет, я выполнила её просьбу, подавшись вперёд. Марго протянула ко мне свои сморщенные тонкие руки и дотронулась до моих щёк. Она наклонилась ко мне и по-матерински нежно поцеловала меня в лоб. Её сухие горячие губы коснулись моей кожи и словно обожгли это место. Меня снова замутило. Комната начала крутиться вокруг нас, с каждой секундой всё более отдаляясь.
— Будь счастлива, милая, с тем, кого ты действительно любишь, — услышала я голос женщины, как за пеленой тумана, и увидела, как по ещё морщинистой щеке покатилась одинокая слеза.
Но меня уже не было в той спальне. Это всё происходило в моей голове. В моём сознании всплывали образы из прошлого, но не моего, а Марго. Запахи и звуки, голоса и лица. Моё сердце забилось быстрее, а дыхание стало учащённым. Но всё было не так, как прежде. Теперь я смотрела не со стороны и не была сторонним наблюдателем, а видела всё своими собственными глазами.
Вот мне лет пять, и я бегу по лугу, чувствуя на лице тёплые лучи солнца. Поют птицы и шелестит трава. Мне приятно улыбается какая-то женщина, и она моя мать. Я чувствую её нежные объятия. Теперь воспоминания становятся ещё чётче и ярче. Я подросток, беззаботная и весёлая, в окружении своих друзей. Образы менялись, делая меня взрослой в хлопотах и заботах. Дом и семья, муж и дети — всё пронеслось в моей голове единым мгновением. Я смеялась и плакала, любила и страдала.