Десятилетний Игорь смотрел на себя в большое настенное зеркало, повязывая на шею уродливый ярко-красный шарф, и понимал, что это всё лишь иллюзия добропорядочной семьи, которую так старалась создавать его мать. Елена Чернова на вид была такой же приторно-сладкой, как и её жилище. Короткие русые волосы, обработанные химией, аккуратно выглаженное пудровое розовое платье, лёгкий макияж. Прекрасная хозяйка, образцовая мать, но никогда не любимая жена.
Лена ни разу не была замужем. Мужчины от неё бежали, как от чумной. В молодости она винила в этом свою мать, мол, та живёт с ней и отпугивает любовников. Мало кто захочет брать жену с приданым в виде больной старухи. Лет в двадцать с хвостиком она родила сыночка, который пошёл внешностью в своего, как она выражалась, отца-проходимца. Чёрные волосы, тёмные глаза, острые скулы и римский нос с горбинкой. В папаши Игорю достался, очевидно, какой-то горец[6].
Бабушки не стало, когда мальчику было пять лет, и вина за несложившуюся личную жизнь быстро была переложена на его плечи. Теперь Елена с удовольствием плакалась всем своим подружкам о том, что никто не возьмёт её замуж с ребёнком, ведь никому не была нужна «баба с прицепом». Пару раз она даже оговорилась, что ей стоило сделать аборт. Этот разговор случайно подслушал маленький Игорь, который и без того был уверен в том, что мама плачет исключительно из-за него, и поэтому никогда не возражал, когда та пару раз в неделю вне зависимости от погоды выпроваживала его на улицу на несколько часов, пока в дом приходили разные незнакомые мужчины.
— Игорёша, ты же взял часы? — строго спросила появившаяся в прихожей мать.
— Да, мам, — кивнул мальчик, демонстрируя ей наручный аксессуар.
— Молодец. Чтобы раньше четырёх дома не появлялся, — так же строго наказала женщина. — Гуляй, где хочешь, но домой чтобы ни шагу. Если тебе что-то понадобится, иди к Кшесинским, но не возвращайся раньше времени домой. Понял?
Игорь молча кивнул. Упоминание Лизиной фамилии сразу согрело его сердце. Она была очень красивой и милой девочкой с длинными русыми косичками, прямо как у его мамы. Такая ни за что не посмотрит на такого тёмного и неказистого мальчишку. Даже в школе его одноклассники дразнили «чёртом» за чёрные глаза и смольные волосы.
— Игорёша, посмотри в окно. Дождь идёт? Если да, то возьми зонт, — разыгрывала сцену заботы Лена.
Она даже коротко на прощание чмокнула сына в лоб, а тот был только рад такому небольшому жесту материнской любви. Затем Чернова вывела своего отпрыска из дома, снова повторила наказ не появляться до обозначенного времени и, развернувшись, исчезла за порогом, громко захлопнув за собой входную дверь.
На улице была поздняя осень. Деревья стояли голые, а ветер шелестел опавшей листвой. Небо затянуло плотными дождевыми тучами, сквозь которые почти не проглядывало тусклое солнце.
За домом стояли металлические качели с деревянными сиденьями. Пару лет назад их установил один из маминых любовников. У них всё было хорошо, причём довольно долгое время, и он даже собирался жениться на Елене, но однажды та, не сказав ни слова, просто выставила его на улицу, предварительно собрав все его вещи. Игорь тут же представил, как мать так же выпроваживает и его, когда ему исполняется восемнадцать.
Он сел на качели и стал на них раскачиваться. Они тихо скрипели. Пора было их смазать. Да только кто этим займётся? Отца же у него нет, а сам он ещё слишком мал ростом, чтобы это сделать.
Вздохнув, мальчик обхватил руками колени, уставившись куда-то вдаль. Уже чувствовалось приближение зимы: трава жухла, моросил дождь, и только Игорь всё так же покачивался в такт своим мыслям, вдыхая прохладный воздух. Мать подошла к окну, выходившему на задний двор, и плотно задёрнула шторы.
«Он пришёл», — подумал про себя Чернов.
Мама всегда закрывала окна, когда к ней в гости приходили мужчины. Она, боясь слухов и сплетен соседей, скрывалась подобным образом.
Время от времени взгляд мальчика отрывался от горизонта, наблюдая за тем, как мир вокруг движется вверх и вниз. В такие моменты он чувствовал себя свободным и независимым от повседневных забот. Осенний ветер успокаивал его.
Игорю захотелось заглянуть к Лизе, но он и так, как ему казалось, слишком часто бывал у них в гостях, отчего ему было слишком неловко снова идти к ним. Вдруг её родители подумают, что у него нет собственного дома? Впрочем, оно на самом деле так и было. Он жил в мамином доме, а не своём. Но когда он вырастет, у него обязательно будет свой. С большой мансардой.