— Лорд Тхеро! — по узкой дороге в свете огней быстро шел один из стражей. — Лорд, вам бумага из лагеря, лорд Кастол велел передать лично в руки.
Страж отдал наспех запечатанную бумагу Келарису и стал дожидаться, пока тот прочтет и даст свой ответ. В соседних домах начал гаснуть свет, а огни над дорогой засветились еще сильнее. Тем временем лорд внимательно прочитал несколько строчек письма, перечитал еще раз и посмотрел на стража.
— Ты знаешь, что здесь написано?
— Нет, мессир. Я не имею права вскрывать личную переписку.
— Хорошо, возвращайся к лорду Кастолу и скажи, что я сейчас буду. — Келарис немного задумался. — Хотя нет, я прямо сейчас отправлюсь к лорду, ты пойдешь со мной. И смотри по сторонам.
Лорд Тхеро повернулся и уже направился сторону лагеря, как его привлек силуэт, стоявший на пути в нескольких десятках шагов.
— Это что, ребенок? — по голосу лорда можно было понять, что он не на шутку рассердился.
— Не могу ответить, все дети должны быть в доме, — начал оправдываться страж. — Я немедленно его верну.
Лорд рукой преградил путь стражнику, останавливая мага, и направил огни к ребенку. Вместе с ними Келарис стал сам двигаться в его направлении. Уже через несколько шагов стало понятно, что перед магами стоит местный мальчишка лет четырнадцати. Но в отличие от своих сверстников и других жителей Ноэля он не убегал и не хотел спрятаться. В свете круживших огней его лицо стало белого цвета, а сам ребенок дрожал, то ли от страха, то ли от холода.
— Как тебя зовут, мальчик? — как можно мягче спросил лорд, а внутри его начало подниматься недоверие и напряженность. Что-то было не так, и Келарис чувствовал это всем своим нутром.
— Пан-н-нук, в-в-аше преосв-в-в-ященство, — заикаясь, ответил ребенок, выдавливая из себя каждое слово.
— Что ты делаешь здесь в такое время? Ты разве не знаешь, что дети должны быть в доме?
— Я не знаю, лорд…. я…. я…. я не п-помню, — ребенок смотрел прямо в глаза Келарису, но его взгляд был пустым и безжизненным.
— Лорд, позвольте, я заберу его, — в темноте голос стража зазвучал слишком воинственно, но мальчик не обратил на него никакого внимания.
Лорд еще раз оглядел ребенка и кивнул в знак согласия. Казалось, что предчувствие было только у Келариса. Однако, как только мужчина сделал несколько шагов в сторону мальчишки, тот зашатался, упал на колени и закашлял кровью.
Маги подбежали к ребенку, пытаясь положить его на спину, оказать помощь, но вот странно — они не могли найти никаких повреждений. А тем временем ребенок уже начинал задыхаться, так же безразлично смотря на все и даже не стараясь спастись. Келарис возвращал его дыхание всеми возможными способами, за несколько минут вспоминая все, что успел забыть за последние годы. Они влили в мальчишку противоядие, которое носил с собой каждый служитель Ковена, но и это не помогло. Если бы не лорд, мальчик бы уже давно задохнулся, но сейчас он начинал кричать от боли, и его лицо изменилось. Причину боли маги тоже не могли понять. Кровь потекла из глаз ребенка, а на крик из домов начали выходить люди. Панук закричал еще раз, но уже намного сильнее и до боли сжал руку лорда. Сразу после этого маги смогли отчетливо услышать, как с бешеной скоростью забилось его сердце и, вырвавшись из груди, исчезло. То же самое произошло с глазами Панука, но уже после его смерти. На руках лорда лежал очередной окровавленный труп, только теперь Келарис даже не представлял, что делать дальше.
— Что это было, лорд? — спросил в ужасе страж, вытирая окровавленные руки о землю.
Лорд внимательно посмотрел на ребенка, после чего перевел взгляд на мага.
— Как тебя зовут?
— Нича, мессир.
— Заверни его в свой плащ, — начал приходить в себя лорд Тхеро. — Мы привезем его в лагерь и там решим, что делать дальше. И еще, с этого момента ты будешь в моей охране. Пока только мы видели, как все произошло, пусть так и остается. Об этом должен знать только Ковен. Заворачивай! Быстро!