— Видящего?
— Ваше Высочество, — начал Ралкон. — Эта статуя из чистейшего золота была подарена нашему старому правителю, члену великой семьи много веков назад народом с севера в знак радости, что Адария перешла в руки великому человеку.
— Если она настолько важна для вас, то почему вы держите ее в подземелье, о котором сами забыли, а не у всех на виду? — встряла в разговор Хелена.
Наследник подавился воздухом, стараясь держать себя в руках, а Дарлан схватил за руку девушку, чтобы она больше ничего не могла произнести, вот только Хелена этого словно и не заметила.
— Это не ваше дело, магиана, — со всей вежливостью в голосе произнес Ракон. — Но если вам так хочется это знать, то эта статуя подарок бывшему правителю, — слово «бывшему» он выделил особенно сильно. — Теперь его нет с нами. А мы все скорбим об этой утрате…
— Хороша же скорбь. Запереть такую красоту в самом низу…
— Простите нашу спутницу, господин Ралкон, — быстро произнес наследник, пока девушка не успела наговорить лишнего. — Мы понимаем, насколько она вам важна и Филипп немедленно вернет ее части. А теперь мы хотели бы вернуться в свои покои. Вы ничего не имеете против?
Герцог обвел взглядом собравшихся и что-то прошептал Ралкону. После чего помощник, рассыпаясь в любезностях и извинениях, отвел гостей назад, не забыв напомнить о наказании, которое непременно будет осуществлено в ближайшее время.
В свои комнаты все вернулись быстро и в плохом настроении. Аудиенцию нельзя было назвать удачной, а то, что следовало за ней, тем более не могло обрадовать. Монеты были благополучно отданы помощнику с заверениями, что больше такого не повторится, и Ралкон в окружении стражи отправился обратно к герцогу. Тем временем Алавир достал листок, который нашел в библиотеке Академии и еще раз вчитался. «…и лишится последний из видящих своих глаз…» Ни он, ни Дарлан так и не смогли понять написанного, но внутри зрело нехорошее предчувствие.
Для Хелены все было еще хуже. Нужно было собираться. Самое неприятное зрелище, о котором она не хотела даже думать, должно скоро наступить. «Ничего, — уговаривала себя адептка. — Все закончится, и мы двинемся дальше, забыв об этих неприятностях». И только кот заметил, что теперь его хозяйка не хотела повернуть назад и не спрашивала, что будет дальше. Он надеялся, что она не сдалась, просто ее разум захватило предвкушение различных приключений и желание узнать, что-то новое, даже рискуя жизнью. Для него она теперь больше походила на мага.
В одном из залов герцог схватил за шею своего помощника, требуя ответов на вопросы. Помощник только извинялся и молчал, его идея себя не оправдала и, пожертвовав одной из лучших слуг, он так ничего не смог узнать. Ралкона ждало наказание, и оно обязательно будет исполнено, если помощник не сможет себя показать и дальше.
— Герцог, прошу вас, — хрипел он. — Я немедленно выясню, от чего они бегут…
Запад земель Туремо. Поселение Ноэль
Уже несколько часов два лорда и пять верховных стражей сидели за одним столом и спорили о происходившем. После смерти мальчика они обошли лагерь еще раз, расспросили детей, поговорили с их охраной — о том, где был погибший Панук, и как ему удалось сбежать, никто не знал. Лорд Тхеро отдал приказ еще раз проверить границы с лесом. К вечеру стало понятно, что границы оставались нетронутыми. Тогда стражи начали проверять всех жителей Ноэля, но и среди них не оказалось никого, кто бы мог совершить подобное. Только отец мальчика решил утопить свое горе в домашнем вине своей жены, но его быстро отправили под стражу. Ноэль был опечатан. Как огромный сундук с кучей замков, которые ни один вор не сможет открыть. И все-таки здесь снова произошло убийство.
В шатре собралось девять верных стражников Ковена, но даже они не могли ничего придумать или объяснить. Лорда Тхеро не отпускала мысль, что он что-то пропустил, не заметил, что он прошел мимо чего-то важного. И даже теперь, сидя за столом и слушая вопросы и ответы, предположения, рассказы и домыслы, он продолжал вспоминать, что же он мог так опрометчиво упустить. Он начал ловить слова стражников, и неожиданно понял, что никто не говорил, какими были убитые люди.
— Что о них говорят в поселении? — лорд перебил спор двух стражей, но даже не заметил этого.
— Простите?
— Варат, я спрашиваю, что говорили об этих людях в селении? Кем они были? Какими были? Все что угодно.
Варат задумался, вспоминая все, о чем ему рассказывали стражи и сами жители Ноэля.