- С-с-ссспасибо, человек! - сказала Ула, присвистывая сильнее, чем обычно. Вдруг, крепко прижав к себе, драконица потрепала меня по голове. Не успела я возмутиться, как очутилась в руках у Ило и подверглась не менее садистской процедуре. Бог-Дракон! Теперь я понимаю, почему старый кот Мефистофель, о котором я вспоминала накануне, так не любил, когда его тискали.
- Ты поступила смело, - сказала Ула с непривычной ноткой уважения в голосе. - Все думают, Ра Джа Лу...
Она замялась.
- Все думают, что Первородный свихнулся, назвав человека тха-си! - радостно встрял Ило. - Но мы, - он ударил себя в грудь. - Думаем иначе!
- Да, теперь мы знаем, что он не ошибся, - с достоинством подтвердила Ула.
Я начала раздражаться. Неприятно, когда в разговоре ты - единственный, кто ничего не понимает.
- Все, хватит темнить! Сначала Джалу, теперь вы... Что еще за «тха-си» ? - спросила я сердито.
- Сложно объяснить, - подумав, сказала Ула. - Тха си... это... ну...
- Это как если бы мы поймали овцу и не стали ее есть! - с чувством сказал Ило.
- Да, - кивнула Ула. - Не с-стали бы.
- А потом, - продолжал Ило на волне вдохновения, - мы бы собирали сочную траву, сладкие плоды и ягоды и приносили ей...
- Мы бы хорошо кормили ее, - согласилась Ула.
- Но не для того, чтобы съесть! - торжественно сказал Ило.
И они замолчали, глядя на меня с таким видом, словно ждали, что я вручу им медаль имени профессора Ожегова.
- А для чего тогда? - спросила я с опаской.
Драконы Илуа переглянулись. Используй они мысленную связь, на таком расстоянии я бы с легкостью это уловила, но, похоже, близнецы понимали друг друга без слов.
- Вот и мы думаем... - медленно, растягивая слова, сказала Ула.
- Для чего еще? - поддакнул Ило. - Может, про запас?
Стрельнув друг в друга глазами, драконы дробно захихикали, клацая зубами.
Я надрывно вздохнула. Похоже, ясности от этих зубоскалов мне не дождаться.
Не смотря на то, что весь сегодняшний физический труд ограничился пережевыванием пищи, я чувствовала себя усталой и разбитой.
Близнецы проводили меня до двери комнаты, и на пороге мы распрощались. Они умчались, счастливые и полные сил, а я, постанывая, как древняя старуха, добрела до кровати и рухнула лицом в подушку.
За окном разыгралась вьюга, и мне вдруг отчаянно захотелось, чтобы Джалу оказался здесь, рядом. Чтобы просто крепко держал за руку, пока я не усну...
Из грез меня вырвало негромкое покашливание. Молниеносно вскочив, я развернулась к неведомому врагу, вскинув руку в защитном знаке...
Знаете, есть вещи, к которым невозможно привыкнуть, сколько бы они не случались. Например, глаза, глядящие на тебя прямо из стены.
- Давно не виделис-сь, человечиш-шка, - сказал знакомый голос.
Глава 8. В поисках ответов (I)
В бытность свою студенткой Тальзарской Академии Магии мне довелось повидать немало гремлинов.
Неизменные спутники большинства профессоров, они присутствовали на лекциях, помогали находить нужные книги, принимали участие в экспериментах и даже проверяли домашние задания. В последнем гремлины славились неподкупностью и могли быть просто невыносимыми брюзгами, особенно в дождливые дни. Но за все время я была знакома лишь с одним, кто имел нахальную привычку являться без спроса. К тому же частями.
Он появлялся из стены постепенно. За круглыми плафонами глаз последовала ехидная зубастая ухмылка, острые уши, когтистые лапы и змеиный хвост. Разглядывая вычурный наряд - темно-синий бархатный камзол, расшитый серебряной ниткой, со старомодными кружевными манжетами на рукавах - я думала о том, что события последнего месяца окончательно повредили мой рассудок, ведь это не может... совершенно не может быть...
- Ну? Чего ус-ставилась? - поинтересовался замковой. - Здороваться не учили?
- Зазу! - завопила я, сгребая гремлина в объятия, до того неуклюжие, что с ушастой головы слетела тюбетейка.
Слезы градом катились из моих глаз, заливая светлый хохолок на макушке. Несколько раз Зазу попытался вырваться, но быстро смирился, пробурчав лишь нечто вроде: “с-сумасшедшая девчонка”.
Я бы, верно, затискала гремлина до смерти, не приведи меня в чувство весьма болезненный укус.
- Ой! - сказала я, засовывая палец в рот.
Одернув камзол, Зазу с невозмутимым видом поднял с пола тюбетейку, отряхнул, сдул невидимую пылинку и водрузил на положенное место.
- Ты так вырос, - я смахнула остатки слез. - Стал настоящим красавцем!
Я не лукавила. Зазу действительно сильно подрос и даже несколько раздобрел, покрывающие тело зеленоватые чешуйки сыто лоснились.