Это было одно из тех знаний, которым меня наградила должность илифера, и которое гноилось в моей памяти, навечно запечатанное заклятием.
До сегодняшнего дня Инквизиция втайне проводила такие эксперименты, используя каторжников и заключенных. Теперь материалом станут тысячи невинных душ...
Вскочив на ноги, я сделала несколько кругов по комнате, сжимая и разжимая кулаки в бессильной ярости.
Приняв решение, я села на кровать, положила перед собой пергамент и хорошенько его разгладила. Аккуратные буквы, выведенные рукой Тойи, будто освободившись от оков, закружились в хаотичном танце.
«Дорогой Тойя! - начала я. Буквы послушно ложились обратно на бумагу, складываясь в нужные мне слова. - Нисса, Шен! Как же я рада, что вы живы и по-прежнему считаете меня другом...»
Когда ответное письмо было готово, я свернула его в крохотный свиток, и обратила, наконец, внимание на Карамбу.
Ворон сидела на краю столика, нахохлившись и глядя на меня блестящими бусинами глаз.
- Никчемная у тебя хозяйка, Карамба, - со вздохом сказала я и пошарила в карманах в поисках чего-нибудь съестного.
Найденный сухарь, уже слегка побитый плесенью, не вызвал у крылатого гостя энтузиазма. Клюнув пару раз, он столкнул сухарь на пол и одарил меня презрительным взглядом.
- Чем богаты, - проворчала я в ответ. - Лапу давай.
Вскоре письмо было надежно привязано, и я распахнула створки, выпуская птицу в вечерний сумрак, густо припорошенный снегом.
Помолившись Богу-Дракону, чтобы Карамба добрался невредимым, я вернулась в постель и еще долго не могла уснуть, мучаясь вопросом, правильно ли я поступила, ведь то, о чем я просила в письме, подвергало моих друзей огромной опасности...
***
Я проснулась от того, что с меня сдернули одеяло. В комнате стоял предрассветный полумрак, и, щуря опухшие веки, я с трудом разглядела нарушителей сна. Ило выглядел каким-то пришибленным, а Ула смотрела такими дикими глазами, что мне подумалось - все, не вынесла душа поэта, быть мне съеденной прямо здесь...
- Вставай! Живо! - приказала драконица, и я безропотно подчинилась, слишком ошеломленная, чтобы протестовать.
Девушка грубо потащила меня к выходу, даже не дав обуться, благо на мне были шерстяные носки толщиной в добрый палец.
Перед дверью я попыталась оказать сопротивление.
- Что происходит? Куда мы идем?
- Руку с-сломаю, - прошипела Ула вместо ответа, и я благоразумно прекратила вырываться.
В любом случае, с двумя драконами мне не справиться. К тому же в душе я была уверена, что близнецы не представляют угрозы, ведь Джалу доверил им мою жизнь.
Не успели мы миновать первый перекресток в бесконечной веренице мрачных коридоров, как стены замка ощутимо тряхнуло, и я услышала леденящий душу рев.
- Что это? - крикнула я, но с таким же успехом могла обратиться к каменной статуе.
Ула только сильнее сжала мою ладонь, а Ило весьма невежливо ткнул в спину, выразительно шевельнув губами: «Молчи!».
Когда в лицо повеяло холодом, девушка жестом приказала остановиться, после чего на несколько секунд скрылась за поворотом.
Ужасающий рев повторился. Стена справа от нас дрогнула, обрушивая на головы потоки песка и каменной крошки.
Если это было землетрясение, то не меньше девяти баллов. В животе заворочался страх. Быть погребенной под руинами древнего замка, конечно, романтично, но вот так, внезапно... с раннего утра и даже не позавтракав... Нет, я определенно не была готова к такому повороту событий.
Появилась Ула с лицом белым, как полотно. Впервые на моей памяти она, всегда собранная и сдержанная, выглядела так, будто балансировала на гране истерики. Губы тряслись, на лбу выступили крупные капли пота.
- Через главный зал хода нет! - голос девушки срывался. - Они уже здесь!
- Может, вернуть ее в комнату? - предложил Ило.
- Нет, болван! Опочивальню тха-си проверят в первую очередь!
- Мне кто-нибудь объяснит, что случилось? На нас напали великаны?
Близнецы уставились на меня как на умалишенную. Зато наконец-то соблаговолили ответить.
- Мятежники из клана Рихт-Рога, - сухо сказала Ула. - Их вдвое больше, чем нас.
- Рихт-Рога? - переспросила я изумленно. - Разве это не клан Данрама? Вы же сами убеждали меня, что он не предаст Джалу!