— Сейчас здесь все далеко, — в голосе Ивана слышалось неприкрытое отчаяние. Затем он обратился по общей связи к остальным. Он попытался выяснить, кто еще выжил, но ответом ему стало пронизывающее до костей молчание. В тот же момент прекратилась и стрельба. Роботы словно выманивали своих жертв, мол, посмотрите, ушли мы или нет. И как только вы дернетесь, мы вас найдем.
— Димка, главное, не шевелись. Я не хочу здесь подохнуть, — Лесков снова услышал голос друга.
— Не подохнем.
— Знать бы, что там происхо…
Прежде чем Иван успел договорить: с ними на связь вышел Кирилл Матвеевич. Чтобы очистить территорию от роботов, он собирался отправить беспилотник, однако боялся взрывом зацепить тех, кто уцелел. Когда он услышал голоса Ивана и Димы и выяснил их местоположение, то решение пришлось изменить.
Тишина, царящая на улице, вскоре вновь сменилась оглушительным грохотом выстрелов.
— Слышишь, наши машинки «запели», — в голосе Ивана послышалась призрачная надежда.
— Надо выбираться! Тут все сейчас взорвут! — воскликнул Дима, когда от следующего взрыва дом, в котором они прятались, буквально затрясся. На стене, у которой они стояли, появилась глубокая трещина. С потолка посыпалась крошка.
Понимая, что у них нет выхода, парни бросились прочь. В какой-то момент Лесков услышал, как Иван тихо вскрикнул. Пуля попала ему в руку, и парень поспешно зажал ладонью рану.
Каким-то чудом им удалось выбраться с другой стороны здания и проникнуть через пролом в стене в соседнее. Где-то поблизости звучали выстрелы. Один из преследующих их роботов был уничтожен своим уже перепрограмированным «собратом».
Открытый люк зиял уже совсем близко, когда один из вражеских роботов выстрелил в сторону беглецов из гранатомета. Он промахнулся лишь потому, что в этот момент его атаковал все тот же «собрат-предатель». Однако граната взорвалась настолько близко от Дмитрия, что его отшвырнуло в сторону, и он на миг потерял сознание. Иван первым успел скрыться в люке, и когда он поднял голову, то к своему ужасу обнаружил, что его друг не спускается следом.
Стоя по пояс в зловонной воде, парень пытался докричаться до Лескова по рации. Но вместо ответа до него доносилось лишь тихое потрескивание.
— Димка, твою мать, пожалуйста! — Бехтерев буквально умолял друга ответить. Нужно было заставить себя вернуться на поверхность и попробовать найти его. Но если он мертв? Эта мысль окатила Ивана ледяной волной. В грудь словно натолкали камней, которые придавили сердце.
— Димка, я же не могу уйти, когда ты там! — в отчаянии воскликнул он. — Ответь, ну пожалуйста!
Вместо ответа Иван услышал приближающийся звук механического движения. И прежде чем вражеский робот успел заглянуть в канализационный люк, парень нырнул под воду…
Дмитрий пришел в себя оттого, что ему стало не хватать воздуха. Поврежденный при взрыве шлем начал душить его, и первым действием парня было стянуть его с себя. А затем пришло понимание того, что на него смотрит один из роботов. Его металлические «руки» были оторваны в бою, но машина преспокойно могла наступить на человека и раздавить его своим весом. Здесь же находилось еще несколько роботов, которые все еще держали Дмитрия на прицеле, но стрелять почему-то не торопились.
«Это наши или вражеские»? — Лесков лихорадочно скользнул взглядом по металлическому солдату. «Нет, у наших шеи поврежденные… Черт… Он что, меня не видит? Но я же без шлема!»
Дмитрий замер, боясь пошевелиться. Чертовы роботы приближались к нему один за другим, наклонялись и замирали, словно раздумывая, что делать дальше. Когда вокруг Лескова собралось уже семь вражеских машин, Дмитрий уже не знал, что и думать.
Наконец безрукий робот выпрямился и направился прочь, оставляя за своей спиной разнесенную до основания горящую улицу. Остальные машины немедленно последовали его примеру.
Дмитрий не поднимался с земли, пока они окончательно не скрылись из виду. Затем он в отчаянии огляделся по сторонам, разыскивая взглядом своего друга. В какой-то миг он почувствовал облегчение, что нигде не видит его тела. Быть может, он успел уйти. Хоть бы успел!
Поднимаясь с земли, Лесков ощутил сильную боль в области левой лопатки. При падении он сильно ударился о камни, но сейчас парень старался не обращать на это внимание. Сейчас главное было найти Ивана.
Он добрался до люка и уже хотел было спуститься вниз, как увидел Бехтерева. Дима не мог услышать отборные ругательства, которые вырвались из уст его перепуганного и одновременно обрадованного друга из-за шлема, глушившего любые звуки извне. Но, когда тот, мокрый и пахнущий чуть лучше тухлого яйца, крепко обнял его, Лесков впервые понял, что такое настоящее счастье. Когда пришло осознание того, что его лучший друг жив, шок от всего случившегося сменился яркой вспышкой радости. Это ощущение нельзя было сравнить ни с успехами на работе, ни с покупкой своей первой машины, ни с поездкой в страну своей мечты.