Понимая, что Дмитрию, потерявшему шлем, придется идти без карты и в кромешной темноте, Иван схватил друга за рукав и первым направился вперед. Интересоваться состоянием Лескова прямо сейчас, неподалеку от открытого люка, он не рискнул — побоялся, что роботы снова могут вернуться, и тогда эта канализация станет для двух друзей последним пристанищем.
Наконец, отойдя на безопасное расстояние, Иван отключил систему звукоизоляции, и обратился к Дмитрию:
— До сих пор не верю, что мы выбрались! Ты вообще как, в порядке?
— Да, — все еще несколько рассеянно отозвался Лесков. Он сам до сих пор не верил, что им удалось уйти. — А что с твоей раной?
— Да ничего. Вернемся на базу, дерьмом всяким колоть будут, а то я тут со своим купанием наверняка заразы нахватал. Ладно, не суть важно! Лучше скажи, что происходило с тобой на поверхности… Димка, я не бросил тебя! Там этих уродов было до хрена и больше… Как только бы они свалили…
— Да я знаю, успокойся, — перебил его Дмитрий.
— Но как ты успел спрятаться?
— Я не прятался. Они не тронули меня.
— Как это не тронули? — Иван обернулся, и в тот же миг Лесков применил внушение, заставляя друга не замечать светящиеся в темноте глаза «иного». Еще не хватало рассказывать ему об особенностях своего организма в сточной канализации.
«В следующий раз», — пообещал себе Дима.
— Почему они тебя не тронули? — ошарашенно повторил Иван.
— Я допускаю мысль, что раз я «процветающий» с видом на жительство в Австралии, мое имя могли добавить в базу «неприкосновенных». Теоретически.
— Вот тебе на! — вырвалось у Ивана. — Так ты же это, можешь хоть сейчас выйти на поверхность и всех их перестрелять!
— Если они не будут атаковать меня, как угрозу, то да.
— Стоит сказать об этом Ермакову. Если такая фигня с роботами действительно реальна, мы за один день целую армию наберем. То есть ты. Слушай, так, может, ты и приказывать им можешь?
— Надо попробовать. Я, знаешь ли, не додумался вытянуть руку вперед и воскликнуть: стой!
Иван усмехнулся.
— Ладно, сначала дойти надо. Пехать тут нормально придется. Судя по плану, можем только с Техноложки попасть в город, ни разу не поднимаясь на поверхность.
— Дойдем, куда денемся. Попробуй связаться с базой, скажи, чтобы не оплакивали нас раньше времени…
Дмитрий не знал, сколько времени они плутали по канализации, но, к счастью, вскоре уровень воды заметно понизился, и весь дальнейший путь она едва доставала до щиколоток. Запах гниющей затхлой воды, плесени и тухлятины смешивались в отвратительный коктейль, и сейчас Лесков мысленно пожалел, что у него нет шлема, и приходится вдыхать эту вонь.
Иван по-прежнему шагал впереди, стараясь не обращать внимания на сильную боль в руке. Ему удалось выйти на связь с Ермаковым и сообщить, что они попробуют попасть на базу через станцию Технологический Институт.
Когда они наконец добрались до назначенного места, станция метро встретила их тусклым приветственным светом.
— А мы с тобой живучие, да, Димон? — улыбнулся Иван, завидев заветную надпись «Технологический институт».
— Скорее везучие, — отозвался Лесков. — Помнишь, как мы тут от ментов бегали?
— Еще бы. Олег тоже идиот — фуражку ему захотелось стырить. Главное, нахрена? Как только убежали, так сразу же выкинули.
— Так это же ты ему на спор предложил, — с улыбкой напомнил ему Лесков.
— Я ж не думал, что он реально ее сорвет. Так, по приколу предложил.
— От твоего прикола чуть Игоря не загребли. А потом Олег со злости его на диету посадил. Две недели мучил.
— Я помню. Олег в тот раз, конечно, малеха переборщил. Он, кажись, вообще ему жрать не давал.
— Только завтрак. Мы тогда еще с Ромкой тайком ему еду передавали.
— Что, правда что ли? — Иван усмехнулся. — Олег узнал бы, убил обоих.
— А ты не передавал?
— Неа. Я тогда был с Олегом солидарен. Мне казалось: чтобы похудеть, надо вообще ничего не есть. Как в концлагере.
Оказавшись на станции, парни заметили несколько приближающихся к ним солдат. Ермаков послал встретить прибывших, чтобы оказать им первую помощь. И уже через секунду тишину разорвал хорошо знакомый Дмитрию голос. Радостное восклицание «Босс!» эхом прокатилось под потолками станции, отскакивая от стен, словно теннисный мячик.