— Из-за вашего рассказа его подозревают в заговоре против своей страны. Как и моего брата. Теперь обоих содержат в камере.
— Из-за моего? Отнюдь. По-моему, в данном случае полковник сам виноват. Нельзя быть таким добросердечным. Как же он выразился… Мальчик, которого используют «процветающие», не заслуживает смерти или заточения.
Эрика не сводила со своего собеседника пристального взгляда, от которого любому другому стало бы не по себе. Однако Дмитрий словно не замечал этого. Усталость и злость, накопившиеся за все это время, теперь выливались на девушку желанием отыграться на ней.
— Или, — Лесков задумчиво потер подбородок, — быть может, ваш отец настолько меня ненавидит, что готов оправдать даже моего убийцу? Наверное, он посчитал, что негоже сажать за решетку того, кто пришел по мою душу.
— Не льстите себе: у вас нет души, — ледяным тоном отозвалась Эрика. — Иначе бы не посмели глумиться над тем, кто когда-то вас оправдал. Надо заметить, куда более опасного убийцу.
Дмитрий усмехнулся:
— Еще вчера вы меня защищали…
— Я ошибалась. Скажите мне правду, Дмитрий, что произошло в этом чертовом подвале?
Лесков смотрел в ее пылающие холодной яростью глаза, невольно смакуя этот момент. Больше Эрика не казалась той самодовольной особой, которая когда-то поставила Дмитрия перед фактом, что будет изучать его. Сейчас она скорее напоминала затравленного зверя, который не знал, куда бежать и что делать. Ее отец оказался за решеткой, брат находился на допросе, а ей только и оставалось, что пытаться выведать правду у того, кто казался ей главным виновником.
— Полковник задавал вопросы, пленный отвечал, — Дмитрий неспешно прошелся по комнате, после чего, наконец не выдержав, взял с тумбочки полотенце и протянул его Эрике. Приблизившись к ней, он заметил, что несколько водяных капель все еще дрожат на ее шее и ключицах.
В ответ девушка отступила на шаг, ясно давая понять, что в услугах Лескова не нуждается. Тот лишь снова усмехнулся и положил полотенце на место.
— Собственно, а почему вы пожаловали именно ко мне? — наконец Дмитрий решил спросить напрямую.
— Я хочу понять, каким образом вы заставили моего отца отпустить наемника!
— Я? — Лесков удивленно вскинул брови. — Заставил? Как я в своем положении могу кого-то «заставить»?
— Тем не менее смогли. Никому кроме вас это не могло быть выгодно.
— Позвольте вам напомнить, что наемник пытался меня убить.
— Но ведь не убил, — резонно заметила Эрика. — Посудите сами, известный во всем мире Призрак не смог убрать какого-то там жалкого раненого «процветающего»…
— Для кого жалкого, для кого — напротив, — слова девушки несколько кольнули самолюбие Дмитрия, но он заставил себя улыбнуться, будто разговаривал с неразумным ребенком.
— И мы уже не проверим его истинных мотивов, — продолжала Воронцова. — Приходится верить вам и наемнику на слово. Хотя я склоняюсь к тому, что он пришел затем, чтобы вытащить вас отсюда. Или чтобы вы передали ему что-то для своих дружков с Золотого Континента.
— Эти самые, как вы выразились, «дружки» совсем недавно удалили мое имя из базы «неприкосновенных», после чего я словил пол дюжины пуль. По-моему, расторжение дружбы налицо.
— Они сделали это затем, чтобы вы не портили их роботов, и вас перестали гонять на поверхность.
Дмитрий чуть поморщился, словно у него болела голова:
— Если бы вы только знали, насколько меня утомили беспочвенные обвинения и ничем не подтвержденные догадки, летящие в мой адрес…
— Тогда научитесь говорить правду! И, быть может, вам наконец-то станут верить. Начните, например, с того, что расскажите мне, как вынудили моего отца отпустить Призрака. Это шантаж или ваши способности полукровки?
Последний вопрос словно окатил Дмитрия холодной водой. Он замер, не зная что сказать — все слова разбежались, будто кто-то переманил их в другую голову. То, что Альберт все же решился рассказать этой девице правду, не укладывалось в его понимании.
«Какого черта он творит?» — подумал он.
В глазах Эрики Лесков заметил победное ликование. Она поняла, что попала в цель.
— Допустим, прибегать к шантажу — это ваша методика, — медленно начал он, все еще надеясь выкрутиться. — А что касается способностей полукровки, то вы лично видели, в чем они проявляются.
— Изменение кожного покрова, ночное зрение, повышенный уровень регенерации… Это стандартный набор полукровок. Но у каждого из вас есть еще что-то. Говорят, есть те, кто чувствуют «истории» людей и предметов. Или те, кто могут внушать свою волю.