– И где же тогда Враг? – спросил Сиф.
– Когда как. – Элли прислонилась к книжному шкафу. – Иногда оный витает в воздухе, как безвредный дух. Но рано или поздно оный выбирает себе Сосуд. И тогда оный живёт в сознании Сосуда, делаясь всё сильнее и сильнее, пока не станет настолько сильным, что сможет вырваться из Сосуда, воплотившись в свою подлинную форму. Это называется «претворением».
– И на что это похоже? – спросил Сиф.
Элли пожала плечами.
– Я никогда этого не видела – последний раз это произошло двадцать три года тому назад. Но, очевидно, подлинная форма Врага ужасающа – сильнее десятка мужчин и намного, намного быстрее. Вот поэтому Инквизиторы пытаются отыскать и убить Сосуд прежде, чем Враг может претвориться. А если оному удаётся претвориться, Инквизиторам придётся уничтожить самого оного. Но прежде оный обычно успевает перебить множество народу. Тот, кто одержит над оным верх, делается святым после своей смерти.
– А что происходит с Врагом?
Элли снова пожала плечами.
– Никто доподлинно не знает. Оный на время исчезает. Иногда проходит много лет. Но рано или поздно оный возвращается.
– Значит, они считают, что у меня внутри этот самый Враг, – промолвил Сиф, прижав ладонь к сердцу. И впервые он, казалось, растерял часть своей самоуверенности. – Так вот почему все эти люди были так счастливы, ожидая увидеть, как я умру?
– К сожалению, да.
– Но… как мне знать, что я не Сосуд?
– Ты бы знал, если бы был им. Ты мог бы видеть Врага. Это «дар», которым наделён Сосуд.
Сиф на мгновение задумался.
– Ну, тогда я знаю, что мне нужно делать, – сказал он.
– Что?
– Найти настоящий Сосуд и убить его.
У Элли занялось дыхание.
– Что?! Нет, это глупо.
Сиф закатил глаза.
– Ну конечно, тебе это кажется бессмысленным. Это не тебя хочет убить целый город. Я ухожу, и ты не можешь меня остановить. – Он направился к двери.
– Погоди! – Элли бросилась ему наперерез. – Если эти стражники снаружи увидят тебя, Инквизиторы будут знать, что я помогаю тебе, и наверняка меня тоже сожгут заживо. Это не лучший способ отблагодарить меня за то, что я дважды в течение одного дня спасла тебе жизнь.
– Дважды? – сказал Сиф, хмурясь.
Элли скрестила руки на груди.
– А как ты думаешь, кто спас тебя с того костра? – заявила она, снова почувствовав укол стыда при этой полулжи.
– Ты спасла меня?
– Ну, есть у меня один… друг, – сказала Элли. – Ему удалось тебя вытащить.
– Как? Из-под носа у всех этих людей?
Элли сморщила лицо. Не по душе ей было рассказывать о Финне.
– Он в таких делах мастер.
– Должно быть, он мудрый человек.
Элли неловко заелозила.
– Он мальчик. Очень умный мальчик. Но не всегда хороший.
– Но почему тогда он спас мне жизнь?
– Потому что я попросила его об этом. Мы знаем друг друга давным-давно. И ему нравится показывать, что он умнее меня.
– Как его зовут?
– Ох, э… Финн, – промямлила Элли, сглотнув комок в горле.
– Он наверняка рисковал жизнью, чтобы спасти меня. Могу я с ним встретиться?
– Нет, – отрезала Элли. – Он… э… он ужасно вспыльчивый. Лучше держаться от него подальше.
Она опасалась, что Сиф продолжит задавать вопросы, но он, кажется, отвлёкся. Его взгляд заскользил по мастерской и остановился на высоком окне. Оно было пробито в скате крыши, и к нему вела приставная лестница.
– Готов поспорить, там стражников нет, – обронил он, ухмыляясь.
– Даже не смей, – отчеканила Элли.
Но он уже припустил туда, ловко перескочив через верстаки и сиганув между Эллиной химической лабораторией и полкой с порошками в стеклянных колбах. Он достиг подножия лестницы.
– Стой! – заорала Элли.
Сиф обернулся.
– Что ты делаешь? – проговорил он со вздохом. Элли схватила гарпунное ружьё и нацелила прямо на него.
– Мисс Ланкастер? – донёсся с улицы приглушённый голос. – С вами там всё в порядке?
– Да, всё хорошо, спасибо! – выкрикнула Элли. – Просто расправляюсь с разными… крысами. – Она многозначительно поглядела на Сифа. – Неблагодарными крысами.
– Что это? – спросил Сиф.
– Гарпунное ружьё, естественно. Моя мама сконструировала его. Властители китов используют такие штуки, чтобы убивать тварей намного более крупных и куда менее несносных, чем ты.
– Ты не станешь стрелять в меня, – сказал он.
– Стану.
Сиф пытливо посмотрел ей прямо в глаза, а потом рассмеялся.
– Нет, не станешь. Я же вижу.
Он начал подниматься. Руки Элли, державшие гарпунное ружьё, дрогнули, затем она, простонав, опустила его. Оглядевшись по сторонам, она выхватила взглядом латунное приспособление, валявшееся у неё под ногами. Оно напоминало небольшую переносную пушку с часовым заводным механизмом, приделанным сбоку.