Выбрать главу

Не то чтобы многие стучат в неё. В последнее время я был крайне раздражительным, а после того, как я попросил Врага достать те деньги, я чувствовал себя усталым и совсем ушёл в себя. Мне сделалось тяжело поддерживать беседу, и поэтому мой кабинет стал моим убежищем. Или тюрьмой.

Во вторник я вернулся к себе после обеда и увидел, что моя дверь распахнута. Я посмотрел вниз и увидел, что ей не даёт закрыться очень необычная подпорка – высохшая и посеревшая морская звезда.

Я нахмурился, гадая, что бы это могло значить. Тут я резко выпрямился, потому что дверь раскрылась настежь. Это оказался один из слуг, молодой человек по имени Томас. Он, должно быть, увидел, что моя дверь открыта, и истолковал это как знак того, что я хочу, чтобы у меня прибрали. Он низко поклонился мне, а затем прошёл мимо и быстро зашагал прочь по коридору.

Я проводил его взглядом, а затем бросился в кабинет и запер за собой дверь.

– Это тебе не понравится, – сказал Враг, который сидел развалившись в своём излюбленном кресле.

Я проследил, куда он смотрит. Ледяные капли пота заструились по моей груди.

Прямо посреди моего стола лежала груда золотых монет, не заметить её было невозможно.

10

Сиротский приют

По последним подсчётам Элли, приют был домом для тридцати двух детей. Число было невелико, и большинство спален пустовало; со времени урагана Эверкрич не было страшных штормов, и Враг не ходил по Городу уже двадцать три года.

Это было уютное здание с низкими потолками и длинным извилистым коридором, расходившимся к спальням, ванным и игровым комнатам, к художественным студиям и кухням. Здесь пахло ватными одеялами и дымом и всегда было теплее, чем в мастерской. Матроны на всякий случай даже не занимали старую Эллину спальню, хотя она никогда туда не заходила.

Когда Элли торопливо шла по коридору, мимо неё в погоне за крохотным мальчонкой просеменила рассерженная матрона с утомлённым взглядом.

– Ян, Эдвард говорит, что ты его лизнул – это правда?

Мальчишка повернулся, сморщив нос:

– Фу, зачем мне его лизать? Он противный на вкус.

Элли отыскала Анну в игровой, та гладила по голове кучерявую малышку с заплаканными глазами. Элли смотрела, как Анна, обняв девчушку, прошептала что-то ей на ухо. Малышка засмеялась, Анна мягко указала ей на дверь, и та весело, вприпрыжку выбежала из комнаты, утирая слёзы.

Тут Анна заметила Элли, и улыбка исчезла у неё с лица. Она плюхнулась в кресло, взяла миску сушёного инжира и водрузила ноги на табурет, ни дать ни взять царица на троне.

Сироты помладше лежали на полу, кидали кости и обвиняли друг дружку в мухлеже. Игровая комната служила прибежищем всем первым изобретениям Элли: механических китов, акул, дельфинов и рыб, подвешенных к потолку, хватило бы на целый океан, все они были собраны из нескольких сегментов полированной стали, поблёскивавшей в свете камина. В буфете лежали стопки карт для настольных игр, сработанных Элли, – все они родились из идей её брата. Она смотрела, как рыжеволосые брат с сестрой, сидя у камина, играли в «Убей Кракена». Элли хорошо помнила эту игру: каждый игрок брал себе корабль и должен был вступить в бой с могучим морским чудовищем с множеством щупалец, передвигавшимся по игровому полю против часовой стрелки. Мальчик победно рассмеялся, когда корабль сестрёнки был проглочен чудовищем. Парочка покатилась по полу, хохоча и притворно борясь, и Элли пришлось отвести взгляд.

Она пробралась через всю комнату, старательно обходя мелкие игрушки и маленьких детей. Анна на неё и не взглянула, просто сунула в рот ещё один инжир и принялась яростно жевать.

– Почему ты не пришла сегодня утром? – спросила Элли.

Анна закинула в рот второй инжир.

– Твоя помощь пришлась бы мне очень кстати – сливная система мистера Матфея снова забарахлила. Он говорит, у него в кухне медуза.

Анна бросила в рот третий инжир. Крохотный веснушчатый мальчонка, сжимавший в руках серебристого механического игрушечного щенка, бочком придвинулся к Элли. Он завёл его и поставил на пол, и собачка, бестолково проковыляв по кругу, завалилась на бок. Элли подобрала игрушку, вытащила из кармана отвёртку и раздумчиво потыкала шестерёнки щенка. Мальчонка одобрительно следил за ней.