– Я не могу починить сливную систему одна, – пожаловалась она Анне. – Мне нужна… – Она едва не сказала «вторая пара рук», но вовремя спохватилась. – Мне нужна твоя мастеровитость.
Анна громко сглотнула.
– Отчего бы тебе не попросить твоего нового друга помочь тебе?
Элли растерянно покосилась на других сирот.
– Он не может расхаживать по Городу вместе со мной, – зашептала она. – Я должна оберегать его.
Анна выкатила глаза.
– Оберегать его? Ты… Он… – Она задохнулась. Она посмотрела на других сирот, которые теперь дружно подслушивали, о чём они спорят. Анна схватила с пола заводную мышку и завела её.
– Пенни тому, кто её поймает! – возгласила она и швырнула мышь через всю комнату.
Тотчас игровая взорвалась шумом – все до единого сироты бросились вслед за разогнавшейся мышью под стулья и столы. Элли уронила механического щенка на кресло Анны и хотела было зажать уши, но Анна перехватила обе её руки и притянула подругу к себе. Она глубоко вздохнула, сглотнула.
– Тебя не заботит то, как спасти Сифу жизнь, – прошипела она. – И тебя не заботит то, что он может быть Сосудом! Он для тебя просто очередная хитрая головоломка, повод показать всем, какая ты умная. – Она подняла механического щенка и швырнула им в Элли.
Элли вздрогнула, подступившие слёзы жгли глаза.
– Это неправда, – проговорила она.
Шум стих, и круглолицая девочка с гордостью положила мышь в подставленную ладонь Анны, получив в награду одну бронзовую монету. Анна вперила в Элли тяжёлый взгляд.
– Тебя даже не заботит то, что всех кругом подвергаешь опасности, – прошептала она.
Элли подобрала свою отвёртку.
– Значит, ты не поможешь мне? – сказала она, и горло у неё сдавило. – В мастерской?
– Нет, пока он там.
– Но я уже доказала, что он не… ну, не такой. Слушай… просто заходи, и… Я позволю тебе взять то ружьё в библиотеке.
Анна стиснула зубы. За дверью послышалась какая-то возня, и в комнату ввалились Фрай и Ибнет, притиснутые друг к другу в объятии, которое при ближайшем рассмотрении оказалось шейным захватом. Элли с любопытством наблюдала за ними, пока веснушчатый мальчонка не вскарабкался по её руке и не потянул её за ухо, указывая на щенка. Элли снова занялась починкой.
– Это моё, я хочу ей показать! – прошамкал Ибнет сквозь руку Фрай.
– Их я нашла! – запротестовала Фрай, подняв повыше свободной рукой заляпанную чем-то коричневым наволочку.
– Зато я проделал почти всю работу, – сказал Ибнет, тщетно пытаясь вывернуться из захвата Фрай. Лица у обоих были грязные, на штанинах запеклась грязь.
– Да что ты знаешь, краскоед? – бросила Фрай.
– Я же говорил тебе, не ел я краску, – отозвался Ибнет. – Кисть просто упала мне в рот.
Анна растащила парочку.
– Фрай, Ибнет, помолчите. Давайте посмотрим, что вы нашли.
Фрай нетерпеливо развязала измаранную наволочку, и, наверное, сотня грязных штуковин загрохотала по полу. Элли опустила глаза и посмотрела на них. Это было любимейшее развлечение сирот – отправиться в Низины во время отлива на поиски сокровищ. Низинами называли пространный квартал ушедших под воду крыш в стороне от восточного побережья Города. Когда море отступало, оно оставляло на крышах и водостоках всевозможные диковины и хлам. В основном это были старые башмаки и выброшенные курительные трубки, но на жизни поколения, бывало, случалось какому-нибудь везучему сироте наткнуться на древнюю реликвию, выплывшую из времён до Потопления, и его имя становилось приютской легендой.
Фрай воздела повыше тонкую деревянную пластину, скруглённую на конце.
– Это было зеркало, принадлежавшее древнему царевичу, – хвастливо заявила она.
– Это щётка для волос, – презрительно фыркнул Ибнет. – Щетина вся выпала. Анна, погляди, какие часы я нашёл.
Он показал золотые карманные часы на сверкающей цепочке.
– Ты это не нашёл, – огрызнулась Фрай. – Я украла их у того богатого старикана… – Она осеклась, когда Анна приподняла одну бровь. – Я имела в виду… э… ой, привет, Элли, я тебя и не заметила! Что скажешь, можно нам прокатиться на твоей подводной лодке?
– Ага, я хочу опуститься в море! – воскликнул Ибнет. – Только представь, сколько сокровищ!
Элли открыла было рот, чтобы сказать «нет», но Анна перебила её.
– Давайте-ка вы оставите все эти вещи у меня, а сами пойдёте и почиститесь. Пока матроны вас не увидели.
Фрай и Ибнет горячо закивали и порскнули из комнаты. Элли отложила свою отвёртку, завела механического щенка и поставила его на пол, откуда он пошёл шагать по идеально прямой линии. Веснушчатый мальчонка восторженно захлопал, а Анна ободрительно ему улыбнулась. Но когда она повернула лицо к Элли, оно сделалось бесстрастным.