В глазах у Анны стояли слёзы. Она широко улыбнулась.
– Там была нарисована я на корабле, с гарпуном в руке. Я охотилась на акул. Я часами его разглядывала. Я словно переносилась куда-то в другое место. – Её глаза снова сфокусировались на Элли. – И после этого всякий раз, как меня запихивали в тот подвал, Финн просовывал мне через решётку новые рисунки. Иногда там была только я, разящая чудовищ, но после того, как мы с тобой подружились, там были уже приключения нас троих в море. И хотя я сидела там одна… я больше не чувствовала, что я совсем одна.
Анна посмотрела на пол. Слёзы свободно текли у неё по щекам, мерцая в лунном свете.
– Так что, даже если ты уплывёшь с Сифом и даже если Инквизиция запихает все твои изобретения в какой-нибудь жуткий склад и сожжёт твою мастерскую дотла, ты всё равно останешься здесь. – Она дотронулась до своей груди. – Ты всё равно будешь здесь, понимаешь?
Элли притянула Анну к себе и крепко обняла. Они посидели так несколько счастливых минут, но затем у Анны забурчало в животе.
Анна состроила гримасу.
– У тебя есть что-нибудь поесть? Нет, постой, времени нет. Мне надо пойти и отыскать эти рисунки. – Она неохотно отстранилась от Элли. – Фрай, Ибнет и остальные помогут мне. Но, Элли…
Анна озабоченно поглядела на собственные ноги, словно боясь сказать что-то.
– Что такое? – мягко спросила Элли.
– Ты помнишь, как ты вчера кинула в Сифа стаканом, когда он упомянул о том, что твой брат умер?
Элли кивнула. Анна сделала глубокий вдох.
– Это сделала ты, а не Враг. Может, это не Враг не даёт тебе вспомнить Финна. Может, это ты сама?
Элли почувствовала, как сердце привычно сжалось от ледяного стыда. Её рука упала из Анниной ладони. Она уставилась в пол.
– Ты пыталась найти способ излечить его, – мягко промолвила Анна. – Ты делала всё, что только могла.
Элли передёрнуло.
– Но если бы я была рядом с ним…
В дверь резко заколотили. Элли и Анна обменялись встревоженным взглядом. Кто может стучать в такой поздний час?
– Элли, Элли, ты там? Элли, тебе необходимо проснуться.
Это был голос Кастиона.
– Сэр? – откликнулась Элли, поспешив к двери. Она открыла её, и на пороге стоял, глядя на неё сверху вниз, властитель китов. Рот его был сжат в тонкую угрюмую линию.
– Что случилось?
– Была найдена та твоя лодка, что плавает под водой. Ей прибило к Зеленям около получаса тому назад.
Элли уставилась на него.
– Но… она всё время стоит в моей второй мастерской. Она сломана.
Кастион скривился.
– Не знаю, что и сказать тебе. Какие-то стражники нашли её. А теперь… словом, подключилась Инквизиция.
– Что? Почему? – воскликнула Элли. Пульс болезненно бился у неё в висках.
– Они полагают, что это подозрительно. Тебе нужно прийти и объясниться с ними.
Анна подбежала к Элли с её бушлатом, рубашкой и брюками. Кастион подождал снаружи, пока она поспешно переодевалась.
– Ты думаешь, её могло смыть в море штормом? – спросила Анна.
Элли покачала головой:
– Нет, просто невозможно. – Она накинула бушлат. – Что ты наделал, Финн? – прошептала она. В голове у неё зазвенел мальчишеский смех.
«Ничего! – сказал голос. – Как я мог что-то сделать? Ты сказала, что у меня не осталось желаний, потому что я отказался помочь тебе спасти Харграта. А ты всегда во всём права! Разве же нет, Нелли? Ах, какая же она умная, наша Нелли».
– Иди вперёд, – быстро бросила Элли Анне. – Я догоню.
Она открыла дверь в подвал и зашипела вниз в темноту.
– Сиф!
– Мм? – Голос у Сифа был надтреснутый спросонья. – Элли? Что случилось?
– Мне нужно выйти, – сказала Элли. – Оставайся здесь. И не лезь в неприятности.
– Всё в порядке?
Элли скривилась.
– Я не знаю. Я вернусь, как только смогу.
Она вышла из мастерской и нагнала Кастиона и Анну. Кастион подтянул ремни на своей механической ноге, а затем повёл их вдоль по Сиротской улице.
Ночной воздух был ледяной и промозглый. Где-то вдали лаяла собака, но Город спал, и окна были тёмные. Они торопливо спустились по длинной и широкой улице Св. Горация к набережной. Когда они свернули за угол, перед ними открылось море – полоса серебряного лунного света, прочерченная до горизонта.
Перед ними были Зеленя, названные так за то, что во всём Городе единственно здесь была растительная жизнь, однако названные неудачно, потому что на узкой полосе серой сухой почвы торчала насилу дюжина злосчастных, скрученных и старчески согбенных яблонь. За Зеленями над морем поднималась широкая крыша. На ней собралось скопище силуэтов, все тянули шеи, пытаясь разглядеть что-то в воде. Когда Элли подошла ближе, она увидела, что покачивалось на волнах под ними, разметав пряди водорослей, намотанных на пропеллер. Грузная конструкция из кожи и металла, её неудавшаяся подводная лодка.