Агат Тигров не заставил себя долго ждать. Сонный и усталый, как всякий из бывалых рыболовов, он вяло передвигался, выполняя приказы отца-капитана на ослепительном фоне аквамаринового неба и пенистых волн. То переносил сети, то что-то выносил из трюма, то канаты проверял, то помогал грузить улов на мини-грузовик за рулём которого сидела смуглая женщина в джинсовом комбинезоне, а по совместительству мать Агата Тигрова.
В свете раннего мягкого солнца завязанные в высокий пучок волосы Агата отливались лёгкой бронзой, морской ветер лепил непослушные пряди к загорелому лицу, делая крепкого парня похожим на таинственного духа, чьи скулы и лоб увиты хищными полосами. Дальний Восток полон легенд о тиграх-перевёртышах, о их безмолвных слугах, о призрачных охотниках, что днём прячутся в волнах Амура и причастных к нему речушках, а с приходом ночи – ветряным свистом призывают верных псов из тумана и идут по следу полосатых колдунов.
Должно быть в прошлой жизни капитанский сын был горным королём, чью вельможную власть пытались пошатнуть отчаянные мужи восточных народов, направляя в царственное логово стрелы. В этой же жизни только внешний облик отсылал на былое благородство, в остальном Агат Тигров был аналитическим гением, который анализировал так долго и усердно, предполагал и сопоставлял так напряженно, что испуганный объект анализа успевал сделать дюжину непредсказуемых шагов и взять усердного гения на погиб.
Зоя Драконова знала, как выглядит Агат Тигров, когда он зол, разочарован, счастлив, вдохновлён, азартен или обижен. Всё потому, что эмоции его не так уж сильно изменяли выражение вечно отрешенного лица. Однако сейчас, некая прежде невиданная элегическая тень заставила слегка опуститься острые брови.
– Устал после ночной смены что ли? – в слух предположила Драконова, развалившись на скамье точно султан на шёлковых подушках. Странным образом неважный вид Агата заставил её собственный бодрый дух прокиснуть будто молоко на солнце.
– Кто устал? – внезапно у правого уха Драконовой показалась нахальная рожа, а ещё через миг эта же рожа непроизвольно схлопотала по носу.
***
– Жабкин, чтоб тебя… – Зоя виновато разглядывала слегка покрасневший нос приятеля, подсовывая пачки мороженного в большущие ручища. – Сколько раз повторять, чтоб не подкрадывался сзади?! Ну прости, извини, не реви. Очень больно да?
– Ещё как! – показательно рыдал Жабкин, парень исключительно крупной комплекции, скорбно уткнувшись в прохладительную слабость. – Сколько раз тебе повторять, чтоб лапища не распускала? Кто меня с таким носиком в мужья возьмёт? Подумай пожалуйста об этом. Будешь обо мне заботиться, если я без жены останусь?
– Сейчас ещё ухо оторву и в море выброшу, если причитать не перестанешь! – покаянность Драконовой иссякала также скоро, как и чувство вины. – Ненавижу нытиков, напоминают об одном раздражающем типе. Двигайся давай! – Драконова рухнула возле Жабкина и кивнула в сторону Тигрова, который с видом древнегреческого трагика распутывал рыболовные сети в тени лодки: – Не знаешь, чего этот кислый такой?
– Причин что ли мало? Укачало беднягу, – предположил Жабкин. – Проиграл потому что. Банду свою разочаровал потому что.
– Э нет, когда этот проигравший – его ноздри слегка раздуты и он не рассчитывает силу, когда хватает что-нибудь, а сейчас из его рук всё валится. Ведёт себя, как меланхоличный клоун. Это странно… Этот жулик что-то скрывает…
Жабкин проморгался от слёз, пригляделся. И в ту, и в эту сторону наклонил голову, выставил ладонь на манер козырька, чтоб распаляющееся солнце не искажало тех тонкостей эмоционального состояния Тигрова о которых говорила Драконова. Жабкин даже немного привстал со скамьи и подошёл немного ближе, а после, закинув остатки мороженного в рот, заключил:
– Да такой же он, как и всегда! Точно в бошку напекло и укачало тоже, – парень обернулся в сторону Драконовой и манерно, будто всеведущая тётка поцокал языком: – Капитан, крепко твой чердак тогда схлопотал, мерещится теперь что-то. Как ты тогда сказала? О точно! У него, наверное, кратарсис…
– Катарсис, – поправила Драконова, взгляд её по-прежнему был прикован к Тигрову из обычно ловких рук которого непрестанно выскальзывала сеть.
– Вот именно он. Но на этот раз не ты в этом виновата, а открытие книжного магазина. Ты слышала, что у нас книжный открывается?
– Книжный? – в голосе Драконовой прозвучал едва уловимый вздох обиды. За работой, за заботой о гостях, за мелкими поручениями она и вполуха не слыхала о том, что Александровка обзаведётся собственным книжным магазинчиком. А ведь когда-то в детстве это была её заветная мечта! Что ж, теперь другие дети вкусят интеллектуального счастья – подумала девушка, а в слух молвила: – Книжный – это хорошо. Надеюсь, его владельцы смогут задержаться у нас подольше, надеюсь, ветра Дальнего Востока их не унесут в море, как когда-то хозяина игровых автоматов.