Всё, теперь можно идти.
Рука жены устроилась у него на шее. «Наш сын родится», - как заведённый, повторял про себя Игорь. - «У него будет будущее». Пусть это лицемерие, ставить жизнь личинки бессловесного существа (наверное, будет ошибкой называть их людьми), что выбрасывают тела своих сородичей за порог, превыше всех разумных существ, но сейчас не время, чтобы копаться в собственной голове.
- Вы - худшее, что есть на земле, - сказала женщина. Лицо её пламенело, мышиного цвета неопрятная коса топорщилась, как пук соломы. Она бормотала что-то про бескорыстие, про десятки и сотни человек, что прошли через эти руки. - Из-за вас всё закончится быстрее, чем могло бы... Из-за вас все эти люди останутся без медицинской помощи, а вы... вы будете гореть в аду.
Игорь толкнул ногой дверь и выбрался наружу, волоча за собой бесчувственную Ленку. Мысль - «успел!» - заставляла колени дрожать и одновременно придавала поразительных сил.
В коридоре все молчали. Это было как караул калечных и убогих, многие из которых не могли даже стоять, а те, которые могли, держались за стеночку. Каждая ступенька стремилась походить на велосипедную педаль; качалась и уходила из-под ног. «Как бы сесть на этот велосипед и уехать подальше», - думал Игорь.
Проблемы начались внизу. Перед дверью, под лучами света из тусклого окошка, стояли четверо, держа наготове оружие. Двухдневной давности синяки заныли при взгляде на эти лица. Видно, лицо Игоря внушало какой-то трепет, потому что четверо двинулись вперёд, только помедлив и переглянувшись. В дыму, вырывающемся из-под двери котельной, они напоминали призраков, которые плыли над землёй.
Обратно, по лестнице, Игорь подняться бы уже не успел, поэтому он начал отходить по коридору первого этажа, сшибая по пути табуреты, свалив с крючка санки и повалив полку с обувью. Один ботинок он пинком швырнул вперёд, и продвижение призраков замедлилось.
Найдётся ли в его руках по-настоящему львиная сила, чтобы расправиться с этой бандой? Будет ли впрыск в кровь адреналина пополам с отчаянием достаточен, чтобы, как в кино, раскидать их в разные стороны? Игорь не испытывал на этот счёт иллюзий. В голове его всё бушевало, но вряд ли он мог бы потопить кораблик осознания - осознания того, что только что он убил беззащитного человека, на чьих руках, возможно, спасение десятков жизней. Потенциально, конечно, гораздо больше. И никакие «он хотел убить моего ребёнка» здесь не поможет.
Когда одна из дверей распахнулась под напором его локтя, Игорь решил не рисковать. Он втянул Ленку а проём, захлопнул дверь, старинный комод, одна из редких несуразиц, которые можно встретить только в старых домах, подполз, чтобы задержать вражеское наступление. Дыхание жены (которую Игорь аккуратно сгрузил на покрытый инеем ковёр) чуть изменилось.
- У меня есть пистолет и я пристрелю каждого, кто сюда сунется! - зачем-то заорал Игорь. Пистолета, конечно же, у него не было.
- Мужик, ты, лучше, выходи оттуда по-доброму, - ответили из-за двери. - Сейчас наши подтянутся и разберём твои баррикады, даже пикнуть не успеешь.
Игорю очень не хотелось говорить что-то вроде «живым вы меня не возьмёте». Ленка могла проснуться в любой момент и сказать «у тебя, как всегда, на уме одни банальности. Ты что же, Гошик, герой боевика?» И, может быть, услышать Ленкин голос (даже противную его вариацию) было бы очень неплохо, но Игорь не хотел знать, что она скажет, когда поймёт, что всё ещё на сносях. Когда вокруг столько внешних врагов, революция в собственных границах это самый, что ни на есть, негативный вариант развития событий.
Воздух, влажный и липкий, обжигал тыльные стороны ладоней. Игорь втащил жену в комнату, трещины и облупившуюся краску в которой хозяева пытались скрыть многочисленными коврами на стенах и на полу. Это жилище напоминало место, из которого ушли в магазин за хлебом и забыли дорогу обратно. На подлокотнике кресла лежал пульт от старого телевизора. На журнальном столике - тарелка с останками яичницы. На валяющихся на полу газетных листах расплывались мокрые пятна, смывая карандаш с наполовину уже разгаданного кроссворда.
Как раз, когда Игорь начал поиски ответа на вопрос «что дальше?» в кроссвордах, раздался стук в окно, тихий, но навязчивый. Мир там, снаружи, слипся в единую белую массу, как пластилиновый человечек, к которому поднесли зажигалку. Человечек там тоже был, и Игорь не мог узнать его ровно до того момента, пока не распахнул окно.